– Делай что должно… А Шарль, уверяю тебя, занимает гораздо более высокое положение в иерархии, чем я. Вот уже восемь лет мы с ним работаем в одной связке. Причем уже два года мы знали, что цыганам удается что-то протаскивать через границу, из-за железного занавеса. Что это за контрабанда, мы были без понятия. Кто бы мог подумать, но на этот раз именно русские дали нам наводку, хотя даже они не знали, что происходит на самом деле.
– А зловещий Гаюс Стром…
– Наш приятель-китаец из Арля и прочих мест? Временно задержан французской полицией. Он слишком глубоко проник в чувствительные сферы, и Шарль устроил так, чтобы полиция задержала его по какому-то формальному поводу. Впрочем, скоро его придется отпустить: дипломатический иммунитет, знаешь ли. Он все это устроил… но он – китайский военный атташе в Тиране.
– В Тиране?
– Столица Албании.
Сесиль полезла в сумочку, достала очки, пристально вгляделась в лицо Боуману и сказала:
– А нам объявили…
– Нам?
– Нам с Лайлой, мы работаем в Адмиралтействе. Это чтобы присматривать за вами двумя. Объявили, что один из вас находится под подозрением…
– Ты уж прости. Это мы с Шарлем устроили. У нас с ним принципиально разные роли: один – хороший парень, другой – плохой. Нас не должны были видеть вместе, но какой-то канал связи был необходим. Подружки болтают между собой, им это свойственно. Девушки звонят своему начальству, чтобы получить новые инструкции. Просто идеальный канал.
– Так все это было подстроено? – ахнула Сесиль, выдергивая ладонь из-под ладони Боумана. – И ты с самого начала…
– Ты уж извини. Нам пришлось так поступить.
– Хочешь сказать…
– Да.
– Родимое пятно земляничного цвета…
– Еще раз извини, – попросил Боуман и покрутил головой в полном восхищении. – Должен сказать, это было самое подробное досье, которое я когда-либо видел…
– Я тебя ненавижу! Презираю! Ты – самый противный, самый…
– Да, я знаю, но мне это не мешает. Беспокоит меня только то, что до сих пор нам удалось найти только двух подружек невесты, хотя я просил…
– Двух, – твердо сказала Сесиль, – будет вполне достаточно.
Боуман улыбнулся, встал, подал ей руку, и они вместе, рука в руке, подошли к балюстраде и посмотрели вниз. Почти прямо под ними устроились герцог де Кройтор и Лайла, сидевшие, разумеется, за плотно заставленным столиком. Было видно, что герцог пребывает в сильном волнении, поскольку, несмотря на зажатую в руке обернутую бумагой ногу барашка, он даже не пытался ее кусать.
– Боже правый! – растерянно повторял герцог. – Боже правый!
Он вглядывался в прекрасное лицо своей белокурой спутницы с расстояния примерно в шесть дюймов.
– Я бледнею при одной мысли об этом. Я мог потерять вас навсегда. Я даже не догадывался!
– Шарль!
– Вы и правда готовите кордон блю?
– Да, Шарль.
– Хвосты лангустинов под бер блан[47] на шпажках?
– Да, Шарль.
– Цыпленка в шампанском по-деревенски?
– Да, Шарль.
– Филе камбалы в лимонном соку?
– Ну конечно.
– Молодую цесарку со сморчками?
– Это мое фирменное блюдо.
– Лайла, я люблю вас. Выходите за меня замуж!
– О Шарль!
Они обнялись под изумленными взглядами других гостей. Несколько символично, пожалуй, но нога барашка выпала из пальцев Великого герцога и оказалась на полу.
Потянув за руку, Боуман повел Сесиль к лестнице, ведущей на нижнюю террасу. И предупредил, пока они спускались:
– Надеюсь, нашему Ромео не удалось тебя провести. Плевать ему хотелось на все кулинарные изыски, но только не в том случае, когда рядом твоя подруга.
– Значит, внутри большого горластого аристократа прячется маленький застенчивый мальчик?
Боуман кивнул:
– Старомодные предложения руки и сердца не самая сильная его сторона.
– Но ты сам легко с этим справляешься?
Боуман усадил Сесиль за столик и заказал напитки.
– Кажется, я не совсем уловил…
– Девушкам нравится, когда им делают предложение, – пояснила она.
– Сесиль Дюбуа, ты выйдешь за меня замуж?
– Почему бы и нет? Кажется, я могла бы.
– Туше! – Он поднял бокал. – Так выпьем же за Сесиль!
– Благодарю вас, любезный сэр.
– Не за тебя. За нашего второго ребенка.
Они улыбнулись друг другу, а затем повернулись посмотреть на парочку за соседним столиком. Великий герцог и Лайла все еще восторженно смотрели в глаза друг другу, но аристократ тем не менее успел вернуть себе утраченное на миг равновесие. И нетерпеливо хлопнул в ладоши.
– Encore![48] – воскликнул Великий герцог.
Действующие лица
Джон Дикин, преступник.
Полковник Клермонт, кавалерия США.
Полковник Фэрчайлд, комендант форта Гумбольдт.
Губернатор Фэрчайлд, губернатор штата Невада.
Мáрика Фэрчайлд, дочь полковника Фэрчайлда и племянница губернатора.
Майор О’Брайен, адъютант губернатора.
Натан Пирс, федеральный маршал.
Зепп Кэлхун, известный преступник.
Белая Рука, вождь индейского племени пайютов.
Гарритти, картежник.
Преподобный Теодор Пибоди, назначенный на должность капеллана в Вирджиния-Сити.
Доктор Эдвард Молиньё, армейский врач.
Крис Банлон, машинист паровоза.
Карлос, повар.
Генри, стюард.
Беллью, сержант армии США.
Девлин, тормозной кондуктор.
Рафферти, солдат.
