Он шёл по деревне, внимательно рассматривая дома. Как удивительно всё изменилось. Раньше дома были похожи друг на друга. Не совсем, конечно, но не было такой пестроты, как сегодня. Не было ни сайдинга, не было заборов из профлиста. Бревенчатый дом, дощатый забор, лавочка у крыльца, шиферная или драночная крыша. У всех всё одинаково. Это сейчас, когда появились многочисленные магазины, когда можно купить всё, что угодно, хозяева принялись творить, что душа пожелает. Сказочные терема с железными аистами на крышах, кованые заборы, ворота с финтифлюшками, беседки. Дворцы соседствовали с покосившимися домиками, хозяева которых давно переехали на кладбище или доживали свой век. Дорогой забор с каменными столбами соседствовал с покосившимся частоколом из покрытых лишайником гнилых досок. Контраст, от которого становилось ещё паршивее на душе. Терема среди запустения выглядели словно изысканные украшения на разлагающемся трупе. Блеск и нищета. А вот и дом, координаты которого указал Геннадий. Дом, где проживал тот самый Димка-профессор. С ним Михаил и хотел поговорить в первую очередь. Да, этот дом определённо выделялся среди других. Одних антенн на крыше было три штуки, не считая спутниковой. Деревянный забор был опутан проводами, которые крепились на фарфоровые изоляторы, прикрученные к столбам. Множество фонарей – над крыльцом, около бани и даже в огороде – напоминали о том, что здесь живёт необычный человек. Ещё вчера в лесу у него мелькнула мысль, что никакого опыта не было – Дмитрий закапывал свою куклу не ради проверки своего средства, нет. Это наверняка был ритуал, продиктованный голосом, или ритуал, направленный на изгнание оного. Вот это и стоило выяснить. К счастью, хозяин был дома. Сидя на лавочке с аккуратной крышей над нею, он ковырялся отвёрткой в каком-то непонятном устройстве, напоминавшем старое радио, которое висело раньше в каждом доме.
– Здравствуйте, Дмитрий! – громко поздоровался Михаил. Хозяин положил своё занятие на лавку. На его лице отразилось замешательство.
– Меня зовут Михаил. Можно просто Миша. Я приехал сюда для исследования… Мы вчера виделись в лесу.
– А, Миша, проходи, дорогой, – засуетился Димон.
Михаил открыл калитку, заметив провода и металлическую коробочку на ней. Не иначе, сигнализация.
– Может, в дом? Чайку?
– Нет, некогда, – отказался он, – Вы…
– Лучше на «ты» – хрипло воскликнул Дмитрий, затем прокашлялся.
– Хорошо. Дмитрий, ты что-нибудь сам видел?
– Уу, – воскликнул он, как ученик, понявший, что его не будут спрашивать невыученное домашнее задание, – Да я такого расскажу…
– Дима, мне нужно только то, что ты видел сам. Сплетни потом.
Хозяин тут же сник. Машинально взял «радио», тут же положил его назад.
– Да я ничего… Голос слышал однажды, в том лесу, когда, ну, закапывал контрольный образец.
– Дима, выйди на улицу, – спокойно произнёс Михаил, – Кое-что покажу.
Идя сюда, Михаил заметил колодец, хозяин которого совсем недавно заменил прогнившую крышку на новую, из струганных еловых досок. К ней они и подошли. Доски были скреплены саморезами, но осенний дождь уже успел покрыть их головки ржавчиной, которая украсила древесину чёрными подтёками.
– Видишь, Дима, доски еловые. Ты их обрабатывал своим средством?
– Нет конечно, колодец же Степана, не мой!
– А чернота откуда, не скажешь?
Димон молчал.
– Чернота эта, Дима, от тех самых танинов, которыми ты пропитал свои… образцы. Видишь, они и в хвойной древесине имеются.
В глазах Дмитрия застыл вопрос.
– А теперь скажи мне честно: зачем ты закапывал свои образцы? Пойми, мне нужно раскрыть причину, настоящую причину, – нависая над собеседником, твёрдо и уверенно говорил он.
Дмитрий выглядел напуганным, такая тактика поведения всегда была беспроигрышной.
– Для опытов. Тут же танинов мало, а с моим средством…
– Ой, Дима, не боишься, что я расскажу, что за образцы ты закопал?
– Да, честно, гадом буду, опыты я проводил.
– Которые голос велел, да?!
– Нет же, нет! – с плаксивой ноткой протянул Дмитрий, – Голос мне ничего такого не сказал. Я вообще тогда ничего не разобрал, ни одного слова.
– Дима! – наседал Михаил, – Может, что-то прочитал где, или в интернете нарыл? Колись!
– Ну, нет! Нет! Хоть режь меня, не было ничего!
Михаил прекратил атаку. Было видно, что Профессор не врёт. Похлопав собеседника по плечу, Михаил дружелюбно произнёс:
– Ладно, извини, Дима. Но сам-то ты эту аномалию исследовал? Не поверю, что нет?
– Исследовал! Исследовал! – обрадованно затараторил Дмитрий, – Всех опросил, всё выведал, но только ничего… Так и не понял, что это за фигня.
– Опять темнишь?! – грозно спросил Михаил.
– Нет-нет, у меня и тетрадь заведена для этого. Дам почитать, если надо.
– Вот, это другое дело! – уже весело воскликнул гость, что несказанно обрадовало Димона.
Синяя замусоленная тетрадь легла в руки Дмитрия почти сразу, как они вернулись назад. Открыв её, он увидел на первой странице слово, написанное чёрным маркером поверх других записей: «Марлактар».
– Что такое Марлактар?