Тишина окутала лес. Не пищали птицы на разные голоса, что обычно бывает весной. Тишина. Абсолютная тишина среди леса. И где та дорога, где его машина, на которой можно уехать отсюда?
– Медвежонок, – раздалось вдруг.
Михаил оглянулся. Рядом с ним стояла Таня.
– Танюха, – выкрикнул радостно он.
Таня улыбнулась ему.
– Эх, Медвежонок, а ведь она ждёт тебя. Тысячу раз прокляла она себя за глупость. Она ждёт тебя, Миша.
– Ты-то откуда знаешь? – отрезал Михаил.
– Да уж, знаю. Я – часть тебя, и в тебе я нашла много чего интересного. Просто поверь, она ждёт тебя. Да, её гордыня не позволяет ей сделать первый шаг, но она – женщина. Сделай первый шаг ты, будь мужиком. Она – твоя судьба, и судьба нашего мира. Только вернув её в свою жизнь, ты вернёшь в свою душу гармонию. Этого недостаточно, но без гармонии ты не сможешь стать настоящим Марлактаром.
Резкий порыв ветра, возникшего из ниоткуда, чуть не повалил Михаила с ног, сорвал с головы шапку.
– Нужно бежать! Мишутка, разрыв увеличивается!
– Куда? – в ответ крикнул он, пытаясь догнать катящийся по земле головной убор, – Я заблудился!
– Туда! – Таня указала на густой ельник, в котором скрылась Настасья.
– Так там же…?
– Беги! – задыхаясь от ветра, отчаянно кричала Таня, – Беги, иначе погибнешь!
Ветер, несмотря на густой лес, рвал в клочья еловые лапы, поднимал в воздух траву и опавшие ветки. Раздался треск, и вековая ель с хрустом упала прямо перед ними. Михаил схватил Таню за руку и рванул в чащу. Действительно, за стеной молодых ёлочек виднелся просвет, за ним поле, дорога. Автомобиля не было. Неудивительно, если хозяин оставил его на дороге зимой, а вернулся только весной. Давно угнали или увезли на стоянку. На открытом пространстве сила ветра возросла многократно. Он дул в лицо, не давая сделать и шага. Из-за поднявшихся в воздух травы и листьев видимости почти не было. Поле, заросшее густой травой, вдруг стало идти под уклон.
– Стой! – крикнула Таня, – Стой, дурак. Черемшанка.
Действительно, уклон оказался поймой тихой, если бы не ветер, лесной речки с безобидным названием. Но сейчас её воды кипели и бурлили. И вод было много – весна, паводок. Бурный поток набрасывался на берег, размывая и унося его с собой. Новые и новые слои земли смывались разгневанной рекой. Вот, показалось чёрное бревно. Да нет, не бревно. Вода размыла захоронение Буратино. Страшная кукла, лишённая левой ноги и правой руки таращилась на него. Откуда она взялась здесь? Ещё миг – и она упала в реку вверх лицом, распластав по воде оставшиеся конечности. Но не уплыла, а зацепилась оставшейся ногой за корягу.
– Что делать? – пытаясь перекричать ветер, заорал Михаил.
Таня смотрела на бурные потоки.
– В реку! Нужно перебраться на тот берег. Если идти назад – вернёмся сюда снова. Нужно плыть, – крикнула она.
– С ума сошла? Вода ледяная.
– Иначе никак. Черемшанка не отпустит.
Михаил в панике осматривал берега, ища хоть что-то, что поможет одолеть реку.
– Кукла! – воскликнула Таня, ощутимо толкнув в бок мужчину, – Кукла! Хватайся за неё и плыви. Ниже река делает поворот. Тебя прибьёт к берегу.
– А ты?
Таня взглянула на него своими безумно красивыми глазами.
– А я буду ждать тебя там, в городе. Найди меня, дурачок, слышишь?! Найди обязательно. Сейчас я – не настоящая. Я – часть этого мира, этой трещины. Так и не понял, глупышка?
Михаил обнял её, впился в её губы своими губами. Её руки обхватили тело Михаила, но тут же оттолкнули.
– Беги, не теряй времени. Ты – Марлактар, другого не будет. Не справишься – погибнем все.
Ледяная вода прихватила дыхание. Обняв огромное склизкое тело куклы, Михаил с силой оттолкнулся от берега. Оглянулся. Тани уже не было. Действительно, вскоре его ноги ощутили дно. Речка была неглубокой. Жуткое творение Профессора поплыло дальше. Михаил, стуча зубами, выбрался на берег. Река исчезла. Он стоял мокрый посреди поля. Холод сковал тело своими клешнями. Он побежал к дороге. Там всё же пришлось раздеться, чтобы выжать воду. Сделав это, он пошёл по направлению к трассе. Но, дорога редко бывает без машин. Резкий сигнал клаксона заставил вздрогнуть.
– Куда путь держите, Михаил? Мы вас уже потеряли, в розыск объявили.
За рулём сидел тот самый батюшка, с которым он говорил тогда осенью.
– Вот, промок. В канаву упал.
– Садитесь быстрее! – засуетился священник, – К Геннадию вас отвезу. Машину мы к нему отогнали. Хорошо, что знакомый эвакуаторщик подвернулся – он в его деревне дачу купил.
– Я же мокрый. А у вас тачка вон какая…
– Ничего-ничего, вода высохнет, а пневмонию схватить, я думаю, вам не хочется.
Михаила встретили обрадованные хозяева. Гена тут же истопил баньку.
– Ой, – запричитала тётя Нина, – Мокрый-то весь. Мой Генка тоже две недели по лесам шлындал. Отправила его за ёлкой, на свою голову.