Да, «Танья» двадцати пяти от роду, советская девушка-москвичка этой самой девушкой и была в прямом физиологическом смысле слова. Испытав горячую волну безумства, она с изумлением осознала, что, несмотря на боль, почти не заметила, как все получилось, словно иначе было просто нельзя.
Он поил ее куриным бульоном, затем чаем с птифурами, с детским энтузиазмом варил какао и готовил ужин. Он обещал себе и ей, что надо ее беречь, завтра к врачу, о близости не может быть и речи… Затем признался, что отправил себя в командировку, а потому поедет к друзьям. Так будет правильно. Лучше! И… остался у нее.
Они поспали часа три, после чего все началось сначала.
Так продолжалось до пятницы. В субботу ему надо было непременно домой. Но уже вечером события приняли крутой оборот.
Таньке стало плохо – стошнило раз и другой, она пошла в ванную и не дошла – снова обморок. Тогда, недолго думая, Курт отвез ее в больницу, где качая головой, врачи вынесли вердикт «сотрясение мозга» и поместили незадачливую практикантку в палату, сказав, что о выписке в ближайшие две недели нечего и думать.
На следующий день, не будь всех этих происшествий, можно было отметить ровно полгода, как Таня приехала на работу в Дрезден разбирать дела интернированных и пленных солдат…
Потекли дни. Прошло не две недели, а три и у нее появилась новая тревога. Еще немного, и она, поговорив с лечащим врачом, решилась.
Сестра отвела Таню в кабинет. Одну ее не отпускали. После осмотра она дрожащим голосом переспросила.
– Доктор, а вы уверены?
– Я – да. Но бывают всякие чудеса. Приходите еще через неделю, мы опять сделаем анализ, я вас снова посмотрю и тогда уж…
Но и через неделю результат вышел тот же самый. Таня была беременна.
Ну, что тут рассказывать… Штази работала очень хорошо. Никакого скандала! Таня, пролежав, еще неделю выписалась и спустя пару дней вышла на работу. К тому времени капитана Курта Коха, который на службе ходил в цивильном платье, и впрямь отправили в командировку. И далеко. ГДР в содружестве с Большим братом поставляла вооружение дружественным странам в Африке. Тамошние специалисты нуждались в консультантах!
А практикантка в свою очередь, проработав еще около месяца и получив безупречный отзыв от шефа Бауера, который и бровью не повел, но искренне огорчился, отбыла восвояси.
Она вернулась в Москву и первым делом коротким, четким разговором покончила раз и навсегда с инженером Афанасьевым.
Затем отправилась на работу и подала заявление. Она, повысив квалификацию, рассчитывает на большее!
Зав кафедрой опешила от напора своей недавней «вечерницы» и призадумалась. Она знала про командировку, понимала, где Таня работала. И потому… Обещала. При первой возможности… Но девчонка какова? Изменилась, словно вылупилась из яйца, да сразу с коготками!
И она не ошиблась. Это была другая Таня. Она намеревалась рожать! С теткой поговорили и наметили план компании. Работать продолжать. Не волноваться, следить за здоровьем, питаться, как рекомендуют врачи и....
– Танька! – Ирина Федоровна решительно положила руку на плечо племянницы, но голос ее звучал непривычно мягко. – Вообще в голову не бери пока и готовься. Мы с дядькой твоим посоветовались, а он-со своим отцом. Вступишь в кооператив, и все тебе поможем! Ой, ну перестать, детка! – осеклась тетка, так как на этом месте Таня молча заплакала.
Слезы катились у нее по лицу, она даже не пыталась их унять, а только сжимала сильнее губы.
– Теть Ир, я… сейчас перестану… это в первый раз. Я голову ломала, что негде жить, а ты…
– Да на что родственники? Не тушуйся! Или мы не начальство? А свекор мой? Я тебе квартиру зубами вырву.
– Но деньги…
– А это уж не твоя печаль! Ну? Работа есть, и какая работа! Сама – картинка, родные тебя любят… А время пройдет, и я справки наведу… Я обещаю тебе… Только подожди!
Что же, ждать, так ждать. Наступило лето. Зацвели липы, полетел тополиный пух, у студентов начались каникулы. Они разъехались кто куда. Многие в стройотряды – подзаработать, что бог пошлет, в походы, на дачу, реже к морю и на пляж. А в институте стала набирать обороты приемная кампания.
В самой комиссии требовались разные люди. Таню тоже привлекли. У нее была организационная часть. Еще она помогала «русалкам», приглашенным преподавателям, функция которых была заниматься сочинением.
Чувствовала она себя вполне прилично, выглядела – тоже, почти не поправилась. Никто ничего не замечал. В начале августа, когда поступление и все с ним связанные коллизии были в самом разгаре, Таня решила подумать о подходящей одежде. В начале семестра осенью она должна округлиться. Надо купить что-то подходящее – скрадывающее, удобное и элегантное одновременно. Чем меньше вопросов и подозрений она будет вызывать у студентов и коллег, тем полезней для нервной системы. А значит для будущего малыша.
