— Но это же не только обещания. Многое уже делается, ты просто не знаешь.
— Чем больше ласки у дьявола, тем хитрее ловушку он готовит. Разве это не понятно?
Она прикусила нижнюю губу, аж мне стало больно.
— Может, и так. Но…
— Какое еще «але»? Большое или малое? — я попытался взять более веселый тон, однако между ее тонкими бровями собралось две грустные складочки.
— Я не хочу быть там без тебя.
— Ты и здесь присно без меня. Другого выхода просто нет, поверь.
— Я подожду тебя здесь, — сказала она.
— Нет, это опасно. Я не знаю, что случится завтра.
— С тобой?
— Нет, моя птичка. С тобой.
— Тогда забери меня в лес, — попросила она.
— Это невозможно.
— Почему?
— Какой же из меня будет атаман, если я приведу в отряд женщину? Ну, сама порассуждай… Тино, я давно все передумал — другого совета нет. Доверься мне. Мы в ближайшее время должны отправиться…
— В такой мир?
— Он не так далек, как нам кажется. За Збручем живут наши люди. Такие же украинцы, как и мы, только на свободе. Нам помогут.
— Если ты считаешь, что иначе нельзя, то пусть будет так, — сказала она каким-то отсутствующим голосом. — Да будет так, но дай мне время сходить в Шполлу. Надо как-то подготовить своих, потому что исчезаю же надолго.
— Объясни им, что лучше исчезнуть самой, чем деждаться, пока тебя заберут.
— Надолго… — повторила Тина, не слыша моих уговоров. — А если… если навсегда?
Я больше не знал, что сказать, потому что есть вещи, над которыми нельзя долго задумываться. Иначе зайдешь в тупик.
Тина это также почувствовала и сама же меня выручила.
— Налей мне, — сказала она. — Нет, не вина. Полыновки.