Устройства, установленные по всему его телу, привели его в движение.
Она уставилась на него, и её заполнили непривычные противоречивые чувства. Сон всё ещё был свеж в её памяти, и она не могла его прогнать, так же как и вчера, и позавчера, и позапозавчера.
С каждым днём это становилось чуточку сложнее.
Она почувствовала вспышку гнева, но заставила себя улыбнуться. Мысли позитивно.
«Будь хорошей», — подумала она, но эта мысль оказалась слишком близка к тому, что происходило во сне. Она возымела противоположный эффект, и её решимость развеялась, словно дым.
Остались только смешанные чувства беспокойства и разочарования
Никакого контроля сознания? Ха-ха три раза! Эта нехорошая женщина в костюме заразила её разум!
Это её расстроило, что было ужасным началом дня. Чаще всего она могла обнять того, с кем спала, кто бы это ни был. Бласто был в этом не очень хорош.
К тому же, Бласто умер ещё неделю назад, а это нисколько не помогало. Его хватил удар прямо посреди куплета заставки Букашек-Обнимашек, видимо, от пережитого стресса. Единственное, что теперь приводило его в движение — это встроенные механизмы управления.
Совсем не годится для объятий.
Обычно, когда объятия не срабатывали, Джек занимал её работой, давал ей разные задания, развлекал. Его голос всегда был рядом, всегда вёл вперёд, хвалил за то, что она была хорошей девочкой, за её искусство, за её талант. Остальные тоже проявляли интерес. Её семья.
Теперь она была одна.
Она вышла из чулана, который служил ей спальней, оставив Бласто стоять возле матраса из плоти, и подошла к капсулам.
Третья серия была ещё в эмбриональной стадии, каждого было по девять. На их счёт у неё было хорошее предчувствие. Предстояло состряпать ещё несколько мозгов, по поводу отдельных личностей нужно было провести дополнительные исследования и пробы, но уже сейчас она чувствовала уверенность в своей способности сделать всё правильно.
Единственной загвоздкой были Ампутации. Целый ряд контейнеров стоял пустым.
Долгого созревания им не требовалось, но ей только ещё предстояло выяснить, как подобраться к их созданию.
Она могла бы просканировать собственный мозг и скопировать результаты, но с подготовкой возникнут сложности, поскольку процесс нужно запускать на спящем субъекте. Она могла бы заставить заниматься этим Бласто, но и тут были свои проблемы.
Она не привыкла испытывать недостаток уверенности. Вот что хорошо было в искусстве — можно создавать всё что угодно, и ошибки лишь станут цельной частью творения. Но искусству требовался зритель, а его у неё не было.
Первоначально она поставила перед собой задачу закончить всё к пробуждению Джека и остальных, но сейчас чувствовала, что в тишине и одиночестве расклеивается, распадается на части.
Она смотрела не начавшие рост зачатки Ампутаций и задавалась вопросом, смогла бы она смотреть достаточно долго, чтобы увидеть настоящую себя, чтобы получить что-то, её напоминающее. Все тестовые прогоны по остальным сработали. Они были достаточно хороши, чтобы вызывать чувство знакомости, пусть даже отдельные черты немного и отличались. Их личности, их манеры поведения — всё было достаточно близко. Тут и там она что-то чуть поправляла, убирала наиболее пагубные личные особенности, которые когда-то были использованы против оригиналов, дав возможность убить или пленить их.
Вздохнув, она отвернулась. Некоторое время ушло, чтобы одеться в купленные вещи, затем она воспользовалась пультом и переместилась на Землю Бет.
— А вот и наш постоянный клиент! — сказал мужчина за стойкой. — А ты довольно-таки часто выходишь на улицу, с учётом твоего домашнего обучения.
— Ага, — сказала она, сложила руки на краю стойки и положила на них подбородок, — Хорошая стрижка, Илай.
— Спасибо, — сказал он. Похоже, он был искренне смущён. Она слегка этому улыбнулась.
— Никаких хороших фильмов не смотрел? — спросила она.
— Тебе же ужастики нравятся, да?
— Ага.
— «Тьма». Он тебе понравится, у него хороший состав. Там про такую мафию…
В магазин вошла женщина и Илай вздрогнул, как будто его застали за чем-то неприличным.
— Можно… можно мне повесить на дверь листовку? — спросила она.
— Сначала мне нужно на неё посмотреть, — отозвался Илай. — Возможно, придётся спросить папу. Магазином владеет он, хоть я им и управляю. Когда возникают какие-то вопросы, решение принимает он. Он вернётся в понедельник.
Женщина с печальным лицом протянула ему бумагу.
Илай прочёл её.
— Я думаю, в нашем городе об этом и так все знают, миссис Хемстон.
— Могу я всё равно её повесить? Если кто-нибудь будет проезжать мимо и увидит…
Илай беспокойно переступил с ноги на ногу.
— Не вижу ни одной причины, почему нет. Отец бы не отказал.
Без единого слова миссис Хемстон достала скотч и принялась приклеивать листовку на уровне глаз на внутреннюю сторону стеклянной двери.
Она взглянула на Ампутацию:
— Тебе не следует быть на улице без сопровождающих. Иди домой.
— Да, мэм, — с улыбкой ответила Ампутация.
Женщина ушла.
