– А что тут решать? – Славик проводил официантку лёгким шлепком и, присев у «моего» амбала, с интересом осмотрел его кастет и разочарованно сплюнул: – Фуфло. Новодел.
И, поднимаясь, похвастался:
– У меня эсэсовский был, настоящий. Жалко, потерял где-то. – И уже по-деловому: – Значит так, чижики. За браконьерство с вас пока пятихаточка.
Очухавшись, но ещё не вполне придя в себя, «чижики», кто ещё сидя на полу, а кто уже и на четвереньках, поставили на «инспектора» удивлённые глаза.
– А вы что думали, рыбку золотую в чужом пруду безнаказанно ловить будете? Хрен вы угадали! Два дня вам сроку. Не управитесь – будете штуку должны. Через неделю долг не вернёте – останетесь без ушей. Всё, пошли отсюда, сявки.
И он, чертыхаясь, вытер об штанину самого наглого «браконьера» прилипшее к подошве фирменной кросовке кошачье дерьмо.
Гена Жибоедов, широко известный в узких кругах как главарь молодой перспективной ОПГ «Болик», встречал нас, восседая за столиком в своей резиденции – бывшей кафе-столовой «Лакомка». Едва завидев нас, перешагнувших порог его заведения, гостеприимный хозяин с непринуждённой лёгкостью тренированного тела покинул уютное кресло и, шагнув навстречу, с радушной улыбкой на дублёной физиономии картинно обнял меня и, потрепав по плечу Зайца, предложил перед разговором перекусить с дороги.
Стол, на первый взгляд, богатый по нынешним временам, заставленный деликатесами, удивлял своим однообразием. Несколько сортов нарезанной кружочками колбасы, ветчина с карбонатом да немного импортного сыра в вакуумной упаковке – вот и всё бандитское меню. Запивать этих «друзей гастрита» предлагалось томатным соком, банка которого стояла тут же, прямо на столе.
«Да, похоже нелегка гангстерская доля, и как они только на этом корме выживают?» – я жевал колбаску и тишком осматривал бывшее заведение общепита. Похоже, здесь уже давненько приготовлением нормальной пищи не заморачивались.
За спиной Болика располагался бар, стойка которого кичилась разнообразием бутылок с яркими этикетками, на фоне которых куцый ряд стаканов, оставшихся от прежних хозяев, вызывал ассоциацию с бедными родственниками, по недоразумению затесавшимися на этот праздник жизни. В стеклянной витрине можно было рассмотреть с десяток импортных шоколадок, выставленных веером.
«А он минималист, мой новый начальник», – хмыкнул я и тут же разглядел в дальнем углу зала микшерный пульт, а на потолке зеркальный дискошар в компании со стробоскопом. Похоже, что молодёжь, заглядывающую сюда вечерами, смертный грех чревоугодия обходит стороной, вручив своих несостоявшихся адептов в руки прекрасной Терпсихоры. Ну, ещё, пожалуй, Бахус здесь тоже был в чести.
«Да, не балует Гена своих посетителей. А может, и правильно? Жрать – свинячье дело. Пусть тёлки лучше пляшут – стройнее будут. Им ещё клиентов обслуживать. Ну и, пацанов бригады, само собой. Кто их толстых любить будет?»
Уловив скепсис в моих глазах, Жибоедов нахмурился, в задумчивости побарабанил пальцами по столу и с лёгкой обидой в голосе заявил:
– Не строй из себя сноба, Саня. Ты ведь тоже не из графьёв. Это… – он широко обвёл рукою зал, – всего лишь начало. Всё у нас будет – лучший в городе ресторан с изысканной кухней, живая музыка (арфистку из Москвы привезём), и посещать наше заведение будут только избранные. Всё что только пожелаешь, у нас будет завтра, но для этого сегодня нужно немного потрудиться. Ты правильно сделал что принял моё предложение, большие дела назревают. Кое-какие вопросы порешаю и начнём. А пока со Славкой потусуйся. Оботрёшься, с парнями поближе сойдёшься. Это тебе для начала, – с улыбкой доброго волшебника, которую чуть портила пустота на месте левого клыка, он выложил передо мною тонкую стопочку десятитысячных купюр.
В отличие от своих «гвардейцев», болтающихся по городу в традиционных «адидасах», главарь был одет в хороший костюм в светлых тонах и белоснежную сорочку, разделённую на груди узкой полоской тёмного галстука. Аккуратная причёска на левый пробор, тонкая щёточка усиков над верхней губою и перстень с большим опалом на мизинце левой руки: всё это придавало шарма гангстеру местного разлива и, подозреваю, – на постоянных клиенток «Лакомки» действовало безотказно.
«Прямо мафиози, блин, – фыркнул я про себя. – “Крёстного отца”, что ли, насмотрелся?»
И уже вслух:
– Спасибо, пока не заработал. У меня есть на первое время.
Правая щека Жибоедова едва заметно дёрнулась, но он быстро справился с собою, и, чуть оттопырив мизинец с опалом, смахивая деньги со стола в кожаную барсетку, бесстрастно произнёс:
– Ну, есть, так есть. Зайчик, смотайтесь завтра со Шмелём на центральный рынок. Там какие-то дикие на Ашота наехали. Разберитесь.
И уже, когда я открыл входную дверь, до меня донеслось едва разборчивое:
– Присмотри там за одноклассником своим. Не доверяю я ему. Что-то есть в нём такое… не наше…
