- Присвоить Лабиринт нельзя. Он отреагирует на попытку так, что все земные катаклизмы покажутся праздничным фейерверком рядом со взрывом термоядерной энергоустановки.
- Поэтому Гилл не торопится?
- Поэтому не торопится Гилл. Поэтому держится в стороне от быстрых решений Вайна-Капак. Поэтому Радуга не включается в человеческую суету. Противовес держит равновесие.
- Гарвей! Ведь стоит кому-то из троих попросить Радугу, и она...
- Верно - она готова к действию. Может быть, больше готова, чем мы можем предположить. Но решать будут люди. Или все трое, или один из них.
- В таком случае, бусы принца Юпанки совсем не лишние для Светланы. А в каком случае Лабиринт сыграет против нас?
- Против нас или Виракочи, - для нас не будет имеет значения. Тогда, когда увидит близость своего крушения. Он не позволит себя блокировать.
- А что может произойти?
- Что угодно. Интервенция со звезд. Взрыв черной или белой дыры где-нибудь поблизости. Или внутри земного шарика. Кто знает, что входит в программу самосохранения?
- А уаки? Ведь они существуют внутри Лабиринта?
- Не уверен. Виракоча их актуализировал, и аура земной части Лабиринта стала для них как бы шлюзовой камерой. Он их здесь готовит для перехода в иную среду.
- Как все сложно! - с надрывом вздохнул Ильич, - Перекрученные пространства, времена, всякие разные сущности. Как легко было жить в заблуждении. Я относил себя к расе хозяев мира, а вместе со всеми оказался беспомощным червячком. Мы ведь сами не могли даже определить, где верный поступок, а где - вредный. А если еще окажется, что можно через Книгу или путешествия Вайны-Капака влиять на состоявшееся прошлое...
- Тогда резонно предположить, что и на нас можно влиять из будущего, о котором мы представления не имеем. Не каждому дано оказаться в положении принца или короля-Инки.
- Похоже, мы возвращаемся к отвергнутой догадке древних: стрела времени обращена из будущего в прошлое. Летит нам навстречу. А мы барахтаемся в Звездной Реке, не видя ни берегов, ни истока, ни устья.
- Может, их и нет вовсе. Чтобы увидеть слабый спасительный огонек в темноте, надо погасить все свои фонари. И остаться в полной тьме. Устоявшиеся представления мешают заметить очевидное. Затвердевшее знание - не спасительный круг.
Гилл прибыл на Радугу в физическом обличии, сохраняя психический контакт с Вайна-Капаком, расположившимся с Кадмом и Эномаем у грота, в саду Дома Инки.
Гилла сопровождали принц Юпанки и Гектор.
Начало действию обозначил Вайна-Капак.
- Приходит время, и кажется, будто природа сжимается в одну точку на вершине собственного бытия. И будто мир достиг предела свойственной ему деятельности. Мы в преддверии... Тебя ждет Светлана. Пора начинать.
Принц зажмурился, широко раскрыл глаза, и произнес двустрочие, преодолевшее с его помощью тысячелетие:
С гимном ты заснешь,
В полночь я приду.
Гилл понял: принц летит с ним, сон завершился или прервался. Гектор вздохнул и вспомнил притчу Эзопа о кошке и лисице:
- Лисица хвасталась тем, как много у нее средств и уловок, чтобы спастись от собак; кошка же сказала, что она надеется только на одно-единственное средство, а именно на свою способность лазить по деревьям; однако же это средство оказалось намного надежнее всех тех, которыми хвасталась лиса. Отсюда пословица: "Лисица знает многое, а кошка - одно, но важное". Я как кошка, - не путаю след, не хитрю, но останусь жив. Возьми и меня с собой, командир.
Гилл поспешил завершить список желающих в космос:
- Остальные, - на прикрытие короля. В Команде, - тишина, никакой суеты. Отвечает Кадм. Вход в Лабиринт запечатать. Не дергайте спящего тигра за хвост.
Заметив, что остающиеся на Земле приуныли, Вайна-Капак сказал:
- Не бойтесь поражения. Не всегда побеждает правда. Но и сила не сильнее правды. В начале текущих времен одно из индейских племен, кольа, восстало против Инков. И что? Их камни, стрелы и прочие средства поражения самовозвращались и убивали их же. Наш враг погубит себя сам.
Причину уныния понимали все: Гилл для Виракочи персона неприкосновенная. Рядом с ним, - как котенку рядом с кошкой-мамой. Оставался Вайна-Капак, также входящий в список неприкасаемых, но... И еще много "но".
Светлана прижалась к отцу и расплакалась. Гилл успокоил ее, и она, всхлипывая, сказала:
- Я так боялась за тебя и Вайну. И попросила Радугу лишить злого Сиамчика зубов и когтей.
- Что? - изумился Гилл.
Вайна-Капак "внизу" тотчас принялся "наводить справки". И, пока Гилл знакомился с ситуацией в обжитом космосе, чтобы говорить с Радугой как сведущий гость, Эномай, минуя Хромотрон, узнал все нужное.
За одну последнюю ночь, совершенно неожиданно, Всемирный Совет с Консулатом освободили вице-президента от всех должностей и постов без права восстановления. Инициатива исходила от Виракочи, он же определил срочность решения вопроса. Хромотрон не сработал, не в первый раз за последнюю неделю, и элита собралась в пятиконтинентном здании, полусожженном сухими молниями, отмеченном самоубийством Ахилла. На этом же собрании самораспустился славный Консулат. Земля людей лишилась и номинальной власти.
