Игорь Михайлович схватил профессора за шиворот и потащил за собой в лабораторию. Пока шел обмен энергией, он не тратил времени даром и покопался в мозгах Шарова. Теперь он обладал теми же знаниями, что и его противник.
Богомолов оказался в лаборатории в тот миг, когда обручи трансмиттера заметно сбавили ход и были готовы вот-вот остановиться. Профессор Воронцов по-прежнему лежал без сознания в стороне от пульта управления стационарной машиной времени. Богомолов подтащил Шарова ближе к нему и несколько раз сильно пнул Владимира Александровича по ребрам. Профессор очнулся и застонал от боли в голове и боку.
Богомолов нацелил на него пистолет:
– Говори, кого отправил и куда? – Воронцов помотал головой. Игорь Михайлович навел оружие на Шарова: – Если не скажешь, я его пристрелю.
– Молчи, Володя, я все равно не жилец, – сказал Олег Иванович слабым голосом. Воронцов кивнул и упрямо поджал губы.
– Воля ваша, – пожал плечами Богомолов.
Грохнул выстрел. Пуля попала в ногу Шарова. Профессор закричал и схватился левой рукой за простреленное бедро, правую он по-прежнему прижимал к алому от крови халату. Вскоре его крик перешел в хриплый кашель, а тот быстро сменился надсадным дыханием. Из уголка рта к подбородку покатилась красноватая ниточка слюны.
– Не надо, не убивайте его, я все скажу! – закричал Воронцов. – Там был мой крестник, я отправил его в безопасное место. Он слишком молод, чтобы умереть сейчас.
Богомолов хотел покопаться в сознании профессора и узнать: правду тот говорит или нет, но решил не тратить зря время. Какая разница, если он скоро вернется в прошлое и поменяет будущее, как ему надо.
– Живо за пульт! – Богомолов снова навел пистолет на Воронцова, заелозил плечами и поворочал головой. «Подарок» Васяна доставлял неприятности. Все время хотелось запустить пальцы в волосы и всласть почесать кожу головы. Владимир Александрович послушно шагнул к консоли управления. – Вводи координаты и не вздумай глупить, если не хочешь упасть с простреленной башкой.
Богомолов назвал время, дату и место, куда хочет попасть. Профессор защелкал кнопками. Игорь Михайлович посмотрел на небольшой экранчик поверх клавиатуры и удовлетворенно кивнул – ни одной ошибки. Он попятился спиной к трансмиттеру, держа профессора на прицеле. На ощупь нашел дверцу, распахнул ее и вошел в клетку Фарадея.
– Запускай и подними руки. Только попробуй положить их на пульт – мигом пристрелю.
Владимир Александрович нажал кнопку запуска и послушно поднял руки над головой. Он полагал, враг в любом случае попытается его убить, и оказался прав. Богомолов дождался, когда «лепестки» начнут смыкаться, и несколько раз нажал на спусковой крючок.
Профессор опередил его на считаные мгновенья. Отчасти ему в этом помогли вши. Прежде чем выстрелить, Богомолов замешкался и почесал свободной рукой голову. Воронцов принял это за сигнал к действию. Он стукнул ладонью по кнопке аварийного сброса введенных настроек и спрятался за тумбой за доли секунды до вспышки и хлопка первого выстрела.
Владимир Александрович прервал формирование пространственно-временного канала в самый ответственный момент. Промедли он хоть чуть-чуть, и Богомолов оказался бы там, куда так стремился попасть. Останови он трансмиттер немногим раньше, Богомолов остался бы в клетке Фарадея и убил посмевшего нарушить его планы ученого.
Зато теперь враг не представлял опасности. Трансмиттер создал пробой в пространстве, но не во времени, сбрасывая накопленную и не востребованную в полной мере энергию. Богомолов оказался в заброшенном промышленном здании на окраине Москвы. Он застрял в межэтажном перекрытии: ноги болтались под потолком, а верхняя половина тела торчала над полом. Богомолов орал, сучил ногами и колотил руками по бетонной плите пола, но его никто не слышал.
Владимир Александрович подбежал к другу. Шаров поверхностно и часто дышал. Лицо побледнело, как будто присыпанное пудрой, губы превратились в синие ниточки. Олег Иванович схватил Воронцова за руку:
– Где Андрей?.. ты отправил его… в прошлое?..
– Он сам туда отправился, но не в две тыщи шестой, а на двадцать лет раньше. Мне кажется, он хочет предотвратить аварию на ЧАЭС. Ты понимаешь, он решился на это, зная, что сам может навсегда исчезнуть! – воскликнул Воронцов с лихорадочным блеском в глазах. – В новом варианте истории его родители могут не встретиться!
– Нельзя… катастрофа нужна… – задыхаясь, прохрипел Шаров. Красное пятно из-под прижатой к груди окровавленной ладони расползлось почти на половину халата. Из пулевого отверстия на левом бедре сочилась кровь, штанина потемнела и прилипла к ноге. – Без аварии… ничего не будет… телепорт… машина времени… биомехи… новые лекарства… это все она… Зона…
– И что делать? Предлагаешь отправиться следом за Андреем и остановить его?
– Нет… прошлое уже… оно меняется… скоро ты… забудешь… я тоже… другой я… забуду…
Шаров убрал окровавленную руку от раны, сунул за пазуху. Вытащил из внутреннего кармана пиджака испятнанную красным толстую записную книжку и протянул Воронцову:
