Ставить перед собой крошечные цели – вот что ей сейчас следует делать. В точности как Аяко на горе: по чуть-чуть, по капельке. Сжав в ладони ручку, Фло провернула ее, услышав ржавый скрип. Следующая малюсенькая цель: навалившись на тяжелую дверь, Фло толкнула ее посильнее. Древние уже петли запищали, придя в движение.
«У тебя все получится, – твердо сказал у нее в голове голос Аяко. – Ты сможешь».
На город, принеся с собой ледяной холод и уныние, опустилась зима.
Медленное угасание осени прошло в ярком всплеске красок, но сейчас все это разноцветье исчезло: облетело, опало, оставив природу блеклой, опустошенной. Японский клен над прудиком в саду Аяко тянулся вперед оголенными ветками. Карпов кои из пруда забрали, переправив на зиму в другое жилище.
Но хуже всего было то, что в самом доме воцарилась ледяная атмосфера. И на сей раз холод исходил не от Аяко, а от Кё.
Все произошло внезапно. После загадочного послания от Аюми они с Кё договорились встретиться. И в один из дней он пришел в
Когда Кё вошел в кафе, вид у Аюми был расстроенный, и юноша понял, что предстоит нелегкий разговор.
– Я просто считаю, что нам с тобой не следует видеться, пока ты не сдашь вступительные экзамены, – заявила девушка.
– Это почему же?
– Потому. – Она прикусила губу. – Ты должен сосредоточиться на занятиях.
– Я и так сосредоточен на занятиях.
– Я знаю, но… – Она глубоко вздохнула, устремив взгляд к некой далекой морской точке за окном. – Я не хочу отвлекать тебя от учебы или от других не менее важных дел в твоей жизни.
– Ты нисколько не отвлекаешь меня, Аюми, – возразил Кё, изо всех сил пытаясь подавить в голосе дрожь. – Наоборот, помогаешь!
– Я тебе обещаю, – сказала она, опустив взгляд, – что мы с тобой отправимся куда-нибудь в однодневное путешествие. Но лишь после того, как ты сдашь экзамены. Договорились?
– Договорились, – неуверенно повторил Кё.
– Куда захочешь. Только скажи! – широко улыбнулась она. – Могу даже взять у друзей машину.
– Отлично.
Оба неестественно друг другу улыбнулись.
Кё многое хотелось ей сказать и много о чем спросить. Ведь они, по сути, даже не встречались! Просто гуляли вместе, разговаривали. Причем именно Аюми больше, чем кто-либо, поощряла его заниматься искусством, а не учебой. Теперь он вообще ничего не понимал!
Тем не менее, если все действительно закончится именно так, как она обещала, это будет отлично. Разумеется, Кё было грустно сознавать, что они с Аюми не смогут видеться в ближайшие пару месяцев. Он уже привык к их интересным разговорам и совместному времяпрепровождению. Всякий раз, когда Кё шел с ней повидаться, он испытывал величайшую радость и волнение. Сердце колотилось быстрее, ладони потели. Однако когда они наконец встречались, начинали разговаривать и смеяться, все это волнение странным образом улетучивалось. И Кё успел привыкнуть к этой составляющей своей жизни. Общение с Аюми сделалось для юноши необходимой частью существования, и с исчезновением этой радости в его жизни образовалась пустота.
А еще в его душе поселился страх: вдруг он что-то напортачил в отношениях с Аюми и она больше не хочет его видеть?
Постепенно, с течением дней, Кё вернулся к учебе и заставил себя забыть о том, что произошло. Ведь все нормализуется, как только он одолеет вступительные экзамены! Осталось совсем недолго, и потом он сможет вздохнуть спокойно и отправиться с Аюми в небольшое путешествие.
Все непременно будет хорошо!
Да, и все было бы вполне неплохо, если бы Аяко не допустила одну оплошность.
Однажды вечером Кё увлеченно трудился над четырехкадровой мангой, которую планировал отправить на конкурс. Работа доставляла ему удовольствие, однако он был каким-то непоседливым и беспокойным. Заметив это, Аяко попросила внука помочь ей прибраться в доме. Кё стал послушно исполнять порученную ему работу: хорошенько подмел гэнкан, потом взялся вынести мусор. И когда он приступил к этому последнему заданию, то увидел нечто такое, отчего скакнуло и куда-то ухнуло сердце.
В самом низу корзины для бумажного мусора, стоявшей в бабушкиной комнате, обнаружилось изрядно помятое меню кафе
Так он догадался, что случилось.
Кё честно придерживался договоренности с Аюми. Он не видел смысла устраивать перед ней разборки, понимая, что от этого она будет чувствовать себя еще более неловко. Однако с этих пор ему стало тяжело проводить время с Аяко, поскольку теперь он знал, что именно она столь грубо вторглась в его личные дела. На сей раз бабушка зашла чересчур далеко, и Кё больше не мог ей доверять. Ему не хотелось даже находиться в одной комнате с человеком, который способен на такую ложь и коварство. Это было уже слишком!
