Красный от смущения, он забрал у бабушки телефон и сунул в карман.
Обойдя стол, он опустился перед своим скетчбуком и продолжил рисовать.
Аяко глядела на него во все глаза. Второе место… Фантастический результат! Надо непременно сообщить об этом его матери!
– И все же, – решила подколоть его Аяко, выпятив подбородок, – второе место?
– А что? – вновь оторвался от рисунка Кё.
Аяко наклонила голову, глядя на него с притворной издевкой.
– Почему же не первое?
Хорошенько обдумав ответ, Кё ответил в духе самой Аяко – припомнив пословицу:
–
– Вот только не нахальничай!
И они дружно рассмеялись.
– Но, может быть, – в том же игривом тоне продолжал он, – если ты поставишь мне в комнату кондиционер, я стану первым.
– Ха-ха-ха! – развеселилась Аяко. – Ишь, разбежался!
– Но если серьезно… – не отступал Кё. – Почему у тебя здесь нет никаких электрических приборов? Нет даже телевизора!
– У меня есть стереосистема и телефон, – улыбнулась и Аяко, наслаждаясь их шуточной перепалкой. – А еще – книги.
– Тебе обязательно нужен телевизор.
– Чтобы смотреть тот хлам, что там показывают? Нет уж, спасибо большое!
– Но ты могла бы подключить к нему, скажем,
–
– Так тебе пригодится – для хороших игр. – И Кё продолжил рисовать, бормоча себе под нос: – И вообще, бабушка, ты просто побоишься мне проиграть.
Аяко поглядела на юношу с улыбкой. От веселья глаза у нее повлажнели. Она взялась ладонью за подбородок и ненадолго задумалась. Внезапно хлопнула кулаком по раскрытой ладони.
– Ну, это мы еще посмотрим! – выставила она палец.
Поднявшись из-за стола, Аяко принялась что-то искать в шкафу. Кё даже оторвался от рисования, с любопытством глядя, как она роется глубоко внутри. Наконец он закрыл альбом, отодвинул его в сторону и положил сверху ручку.
– Ага, вот оно… – послышалось из недр шкафа. – Я знала, что она где-то здесь.
Бабушка вернулась к столу, держа под мышкой большую игральную доску и пару чаш с крышками – белую и черную.
– Ежели хочешь поиграть, – заговорила она, расставляя чаши на столе, – то будет тебе игра!
Сдув с доски пыль, Аяко разложила ее между ними на столе.
– Го? – улыбнулся Кё, оглядывая разбитую на квадратики доску. – Хорошо, сыграем. Ты какими – белыми или черными?
– Я черными, – сказала Аяко, ставя перед собой чашу с «камнями». – А ты – белыми.
– Так нечестно! – возмутился Кё. – У черных преимущество!
Аяко в ответ лукаво улыбнулась:
– Жизнь вообще несправедлива.
Сосредоточенно глядя на доску, Кё снял с чаши крышку и выудил один белый «камешек». Задумчиво подержал его в руке. Выждал паузу…
– А не напомнишь, какие там правила?
На что Аяко рассыпалась легким смехом.
Когда на следующий день в заведение к Аяко зашел один из завсегдатаев, Хаяси-сан, у нее в голове внезапно вспыхнула идея. У Хаяси был магазин подержанной электроники и мелкой домашней техники, находившийся по той же стороне сётэнгаи, через несколько дверей от ее кафе. Готовя ему кофе – как обычно, со сливками и двумя порциями сахара, – Аяко поинтересовалась, не сможет ли он сегодня доставить к ней домой кое-что из своего товара. Хаяси сперва немного удивился ее просьбе, однако согласно кивнул. А потому, когда Аяко и Кё вернулись с привычной прогулки к вершине горы, сразу за входной дверью, в гэнкане, их ожидала посылка. Как и все жители городка, Аяко вечно оставляла дом незапертым.
– А что там? – спросил, разуваясь, Кё.
Он с любопытством оглядел необычной формы коробку с наклейкой
– А! Это для тебя.
– Для меня?
– Ну да, – фыркнула Аяко. – Для кого ж еще? Давай бери и неси в комнату. Не век же ей стоять у входа!
Кё послушно взял коробку и отнес в свою комнату.
Аяко ненадолго присела в гостиной, притворяясь, будто ей неинтересны звуки вскрываемой у парня в комнате упаковки. Краем глаза она заметила, как внук вынул из коробки электрический вентилятор. Услышав резкий радостный вздох, она ретировалась на кухню, делая вид, будто занята приготовлением ужина.
Вскоре она услышала за спиной тихие шаги, потом – дрожащий от волнения голос Кё:
– Спасибо тебе, бабушка!
Не отвечая, Аяко продолжила мыть овощи под краном, пряча от внука улыбку.
