Там же, в Горячих Ключах я познакомился со Славой-сибиряком, человеком дороги, оказавшимся близким по духу - ему тоже плевать на деньги, он путешествует и получает кайф от процесса. Раньше он гонял на выезда, как это принято у фанатов, организовывал бизнес и занимался прочими важными делами, а потом, по нелепому стечению обстоятельств, сломал позвоночник. Полагаю, всякий человек, которому потребуется заново учиться жить, пересмотрит отношение к земному бытию. Слава или, как он предпочитает именоваться, Том Йорк переосмыслил свою реальность радикально - и пустился в путь с титановым штырём в спине, на которую взгромоздил огромный синий рюкзак. Йорк оказался первым стопщиком, который не доставал меня песней о трудностях автостопа: казалось бы, логично - зачем об этом оповещать меня, если я так же катаю на попутках? Но, к сожалению, коллеги, как правило, подробно расписывают, от какого поворота они отъезжали, где встряли и как долго ждали, упоминая нумерацию трасс, километраж поездок и подобную ерундистику. Да скажите же, что вам на душу легло, - хотелось возопить в таких случаях мне, - каких людей встретили, какими красотами наслаждались! Но оные вехи сюжет задевал лишь краешком. Возможно, после они выложили отчёты с красочными фотографиями, которые всё живописали за них - ну и на кой такие собеседники?.. Когда-то я тоже был таковым, не понимаю, как меня водители выносили. А с Томом мы легко беседовали об отвлечённых вещах. К тому времени, облагодетельствованный сахалинцами, я начал опасаться, что всё-таки становлюсь халявщиком, заметив за собой, что, контактируя с кем-то, предполагаю, что тот мог бы мне дать. Йорк успокоил, объяснив, что это опыт. И верно - ведь я просто знаю, что так будет. Обнадёженный этим соображением, я двинулся дальше, чтобы позже повстречать Тома вновь и провести с ним три дня на Байкале, возжигая костры, выпивая за "Чкаловец", отпугивая бешеных лис и отражая атаки голодных мышей, но обезумевшее зверьё не подорвало мою благосклонность к большим озёрам.
Байкальский отдых отзывается в душе тем же теплом, что охота со старыми бракашами на берегу Буссе, плавно перешедшая в работу с морской капустой, хотя это происходило уже в другом месте - на берегу моря, во дворе с покосившимися строениями. На вопрос, почему дома кривые, мне объяснили, что это последствия шторма - сортир, вон, вообще разметало да песочком присыпало, и убирать ничего не надо, а избушки лишь перекосило. Затевать ремонт не имело смысла, легче сломать и заново построить, а зачем ломать, когда следующая буря сама всё сделает. "Это люди, которые ждут штормов," - понял я и гадил по кустам, потому что реконструировать нужник мужики тоже не захотели. Но такое мелкое неудобство не могло остановить на пути к постижению секретов заготовки капусты.
