Чингисхан полностью

Стрельба на дальность — это особый вид спорта, и твер­ дые маленькие стрелы-иглы не нацеливают на конкретную цель. Дальность и точность две разные вещи. Тем не менее монгольские лучники сочетали и то и другое, о чем свиде­ тельствует один из первых монгольских письменных памят­ ников. Надпись об этом вырезана на метровом камне, воз­ можно, в середине 1220-х годов. Его нашли в 1818 году на нижнем Ононе вблизи нынешнего Нерчинска на Трансси­бирской магистрали, и сейчас он хранится в санкт-петер­ бургском Эрмитаже. Тогда Чингис только что вернулся из похода в Туркестан и готовился к своему последнему походу в Китай. Вернувшись домой с победой, он устроил праздник с традиционными состязаниями: борьбой, конными скачка­ми и стрельбой из лука. Племянник Чингиса, военачальник Есунге, решил продемонстрировать свою знаменитую силу и умение. Удивительный результат посчитали достойным записи в летописи, о чем мы и читаем: «Пока Чингисхан вел собрание знатных людей Монголии, Есунге попал в цель на

62

ЧИНГИСХАН

расстоянии 335 альдов». Один альд был расстоянием между расставленными в сторону руками человека, скажем так, 1,6 метра. Значит, был такой человек, который установил некую цель на расстоянии свыше 500 метров и затем на глазах у своего хана и собравшихся вокруг него больших людей по­разил ее. Может быть, цель была достаточно крупной, вроде юрты, может быть, он стрелял несколько раз, но он ни в коем случае не стал бы пытаться сделать это, если бы не был уве­ рен в успехе.

На таком расстоянии, конечно, стрела во время высокого полета по изогнутой траектории утрачивает значительную часть ударной силы. На близком расстоянии, скажем, 50- 100 метров, стрелы из «тяжелого» лука имеют большую убой­ ную силу, чем многие типы пуль. Стрелы вылетают из лука со скоростью 300 км в час, что составляет четверть скорости пули, но поскольку они во много раз тяжелее, то и удар их получается соответствующе сильнее. На дистанции 100 мет­ ров стрела с наконечником (видов наконечника более дю­ жины) способна пробить двухсантиметровую доску. Доспе­ хи не могли спасти от поражения стрелой. Стрельба из луков у монголов сегодня совсем не та, что была когда-то, но в этом виноваты три века китайского правления. Стрельба из лука остается и поныне одним из трех «мужских видов спорта», но сегодняшние луки - это грубые малоэффективные ору­ дия с жалкой дальнобойностью и стрелами, имеющими вой­ лочные наконечники, которыми стреляют (не поверите!) в ряды плетеных корзин на расстоянии нескольких десятков метров. Луки, из которых мне довелось стрелять, посылали вибрирующие, словно камышинки на ветру, стрелы в цели, которые отстояли от стрелка метров на 50. Я не слышал, что­ бы кто-то в Монголии изготовлял луки по старинной техно­ логии или чтобы кто-то ратовал за возрождение древнего искусства лучников.

Остается еще последний этап в эволюции воина-кочев­ ника. Для того чтобы быть действительно грозным бойцом,

63

ДЖОН МЭН

ЧИНГИСХАН

лучнику необходимо иметь средство передвижения. В пер­ вом тысячелетии до н. э. имелись две возможности. Первой, что совершенно очевидно, была лошадь. Но скакать на не­ оседланном коне и одновременно вести стрельбу из лука трудно, и многие народы Внутренней Азии, в первую оче­ редь скифы, изобрели второе средство передвижения, двух­ колесную колесницу. Однако эти быстрые и маневренные платформы были только у хорошо организованных и полу­урбанизированных народов, которые располагали материа­ лом и плотниками, умели добывать металл и имели искусных кузнецов. Коренным кочевникам оставалось ждать появле­ ния стремени — изобретения, которое сыграло в развитии военного искусства роль, не меньшую, чем изобретение со­ ставного лука. Возможно, по той причине, что наездник-ас может обходиться без них, или из-за того, что колесницы обеспечивали частичное решение проблемы манипулиро­ вания луком, идея стремян родилась поразительно поздно и столь же поразительно медленно распространялась. Появ­ление первых стремян отмечено в Индии во II веке до н. э., они давали опору большому пальцу ноги. Эта идея проникла в Китай, где в V веке н. э. были изготовлены настоящие желез­ ные стремена. Отсюда они распространились на Запад, и не исключено, что в V веке в кожаном варианте гунны познако­мили с ними Европу. Первые железные стремена стали здесь употреблять в VI веке.

Потому-то к 500 году н. э. пастушеские кочевые племена Внутренней Азии имели преимущества перед оседлыми об­ ществами. Добавив стремена к седлу и уздечке с мундштуком, конник мог на полном скаку обгонять колесницы, уклоняться от стрел, стрелять из лука, метать дротики или бросать лассо.

Оставалась проблема набора армии и управления ею - и здесь решение находим опять-таки в самой культуре пасту­ шеского кочевого скотоводства. Езда на лошади была ключе­ вым условием для трех связанных между собой навыков: па­ стьба скота, охота и военное ремесло, причем охота была