Уже светало. Здесь, на небесах, рассвет был особенно красив: впереди, словно великан из сказки, огромный диск бледного солнца медленно рос в одиночестве, не считая, конечно, таких редких гостей, как я и Клеравервен, а прямо подо мной белый, будто молоко, слой бесконечно блуждающих облаков...
Я выдохнул. Теперь я уже не мог ничего сделать. Меня ждал новый мир, полный неизвестности. Мир людей, врагов моего народа.
Свиток 18
Как долго мы летели, мне неизвестно. Солнце садилось. Клеравервен обогнал облака ещё днём, и теперь с высоты можно было увидеть Долину Пепла — серую пустыню, на которой время от времени появлялись маленькие, словно веснушки на лице, города, в которых жили порождения пепла, и небольшие озёра. Река Дондур, будто одна единственная вена, бесконечно текла сквозь эту пустыню, где-то на востоке уходя глубоко в горы и переходя неведомым способом в мир людей. По крайней мере, так говорилось в книгах «
Я сидел у ворона на шее, обхватив её руками. Сколько бы мы ни летели, меня не покидало ощущение, что за мной наблюдают, хотя это, как мне показалось, довольно странно и вообще практически невозможно. Чувство тревоги не покидало меня, ужасно изматывая. В те ночи, когда мы спускались, чтобы передохнуть, я не переставал оглядываться и, сжимая в руках Итинерес, мог только гадать, отчего у меня могло появиться это чувство.
Однажды, когда в очередной раз близился закат, я заметил тонкую и неровную полосу на горизонте.
— Горы! Клеравервен, мы уже почти добрались!
Но старый ворон только глянул на меня, щёлкнул клювом, обернулся летучей мышью и полетел к ближайшему дереву, чтобы там, зацепившись лапками за ветку, уснуть. Пристроившись под тем же деревом, я достал меч и начал рассматривать его, чтобы убить время до рассвета.
Едва солнце показалось на горизонте, мы взлетели. С каждым часом горы приближались всё ближе и ближе, и я начал ощущать магический барьер, отделяющий миры друг от друга. Однако, чем ближе мы подлетали, тем светлее становилось всё вокруг, пока не стало так светло, что даже с закрытыми глазами было невозможно лететь. Я отпустил одну руку, чтобы закрыть глаза от ослепительного свечения, и меня тут же сорвал с ворона внезапный порыв ветра.
Но я не полетел вниз. Вместо того, чтобы упасть вниз и размазаться по пеплу, я поплыл по воздуху, и это было чудесно. Конечно, сначала волна страха накрыла меня так же резко, как когда мурашки покрывают нас, когда холодная волна едва достаёт нам до горла, но затем он сменился чувством безграничной свободы. Широко раскинув руки, я летел под Клеравервеном, усмехаясь. Чуть снизив высоту, я летел прямо над бесконечным покрывалом серых облаков, что, кажется, должны приносить дождь и тоску.
Но я был счастлив. Улыбка заиграла на моих устах, правда, в целом мире о ней знал только я, казалось бы, мёртвый Тлеющий Рыцарь, что потерял ту, кого любил больше жизни.
И всё же я улыбался.
Слегка зацепив облако, которое было похоже на лодку, я готов был поклясться в этот момент, что я мог прямо сейчас ступить на облако и не упасть.
А ведь действительно, так и есть. Едва я опустил ногу ниже, то тут же рухнул в мягкое облако. Клеравервен опустился рядом.
— Вот же чудеса, правда? — спросил я.
— Пр-р-равда. Чудеса! — ответил мне огромный ворон.
Я присел на облако и зачерпнул двумя ладонями воздух под собой. В руках моих осталась лишь вода.
Оглушительный крик заставил меня подскочить на месте. Издалека показался силуэт, летящий на превышающих его раз в десять-двадцать драконе. Но дракон тот был очень странным: вместо привычных перепончатых крыльев у существа были перья, похожие на длинные ленты; вместо зубастой пасти — клюв, и лишь только хвост был точно таким же, какой описывался в книгах Городской Библиотеки. С приближением я смог разглядеть и самого всадника: истлевшая золотая корона украшала иссушенную временем голову, тело скрывалось под сплошь покрытыми повязками доспехами, а в руках он держал огромное длинное копьё-меч драконоборцев.
Я раскрыл рот от изумления. Ко мне приближался легендарный Безымянный Король. Раньше, когда все миры были одним целым, древние божества объявили войну правящим миром драконам. Это была очень жестокая война, но сын Древнего Короля, предводителя древних богов, втайне от отца любил драконов. Естественно, отец прознал об этом и изгнал из своей семьи нерадивого сына, и тот объединился с драконами, чтобы бороться с ними за их существование. Но чтобы не позорить свой род, после Великой Войны Древний Король стёр все упоминания о своём сыне. Те, кто знали его имя, давно мертвы, но в легендах до сих пор говорится о Безымянном Короле, который живёт с драконами, охраняя их покой.
