Чёрная Книга. Тлеющий Рыцарь полностью

Гонец шёл впереди, а я — между двумя стражниками. Держа правые руки на навершиях своих мечей, они изредка поглядывали на меня, готовые в любой момент атаковать. Но я не собирался ничего предпринимать, потому что понимал: это всего лишь их работа.

Пару минут спустя мы вышли в огромный круглый зал. Печальные воспоминания накрыли меня прежде, чем я смог понять, где нахожусь — я снова оказался на арене, только на этот раз она находилась в самом замке.

Король Кристиан, королева и Принцесса Риффина уже сидели на своих местах в ожидании зрелища, которое я должен был устроить.

— Намор, Тлеющий Рыцарь, — начал оратор, — по приказу Его величества вы были приглашены сюда с целью продемонстрировать Его и Её величеству, а также Принцессе Риффине то мастерство порождений пепла, о котором ходят легенды.

Как только с его губ слетело последнее слово, один из четырёх проходов открылся, и оттуда выехал всадник в доспехах с мечом в одной руке и щитом — в другой.

Описав полукруг и приветствовав короля, всадник поскакал на меня, выставив вперёд копьё.

«Поэтому мы никогда и не используем животных в военных делах».

Я достал скрытый кинжал и взял его за лезвие. Конь мчался вперёд, а всадник уже приготовился пронзить меня, но я размахнулся и метнул кинжал в животное. Отлично наточенный кинжал вошёл в голову коня, и он повалился, опрокинув всадника.

Тот пролетел в воздухе несколько метров, а затем ещё прокатился по земле, прежде чем оказаться предо мной. Я вздохнул и подошёл к всаднику. Тот, не поняв, что произошло, пытался встать на четвереньки, но я, взяв выпавший из его ножен меч, быстро покончил с ним, пригвоздив его им, а затем пошёл к мёртвому животному, чтобы вытащить кинжал.

Я повернулся к королю. Тот лишь поднял бровь. Снова послышался скрип петель — это новые противники вышли на арену. Я достал Итинерес. «Он хочет увидеть бойню, — подумал я, — и он её получит».

Следующими противниками были двое мечников. Как и погибший всадник, они приветствовали короля, а потом опустили забрала и начали нападение.

Поначалу я играл с ними, только лишь уклоняясь от ударов или отражая. Но позже мне и это наскучило. Я сделал ложный выпад, давая шанс напасть сразу двоим.

Первый, занеся клинок, попытался разрубить мне колено, но я ловко перешагнул удар и, оказавшись сзади, оглушил его быстрым ударом плашмя. Второй, однако, уже начал опускать меч, и я, схватив Итинерес за лезвие, блокировал удар. Затем последовал удар ноги в колено, и противник согнулся. Ещё мгновение — и я отрубил второму мечнику голову ударом снизу-вверх.

Первый, придя в себя, не успел даже занести меч — покончив с его соратником, я, не теряя ни секунды, вонзил меч первому противнику в щель между шлемом и доспехом. Итинерес, пройдя насквозь, окрасился в тёмно-красный.

Было видно, как король поморщился.

Следующими были лучник и маг.

Снова приветствие короля. Стрела была уже вложена в лук стрелка, и он, натянув стрелу, выбирал нужный момент для выстрела. Маг начал атаковать меня различными заклинаниями, но я, легко уклоняясь, быстро нанёс ему мысленный удар, и, подчинив его волю, перешёл на лучника.

Убивать его и вправду было жалко — такого способного стрелка я ещё не видел: выпустив стрелу, я схватил её за древко и выпустил уже приготовленным магическим луком, но тот, снова перехватив её, запустил её в меня. Так мы отправляли одну и ту же стрелу, обходя по кругу арену, до тех пор, пока он не запнулся за труп одного из своих бывших братьев по оружию и, упустив момент, не схватил стрелу. Та, горя чёрным огнём, вонзилась ему прямо в лоб.

Он упал навзничь, а маг, оставшись стоять на месте, просто наблюдал за происходящим.

Последними были два мечника со щитами.

Увидев, какая учесть постигла тех, кто сегодня был на арене, они, прикрывшись щитами, больше защищались, чем нападали. Но это не спасло их.

Отведя в сторону меч, я бросился на одного из них и провёл серию атак. Тот успешно блокировал каждый мой удар. Но я спешил покончить с убийствами на сегодня — я не питал никаких чувств к своим жертвам, кроме жалости. «Почему они умирают от моих рук лишь потому, что кто-то хочет увидеть это?», думал я.

Оттолкнувшись от земли, я подпрыгнул вверх и нанёс пронзающий удар прямо в щит. Сталь из мира порождений пепла легко прошла через сталь из мира людей, и, упав на спину и прижав свой щит к телу, противник погиб, так и не поняв, что произошло.

Второй даже не думал защищаться. Поняв, что сопротивляться бесполезно, тот побежал к воротам, бросив свой щит на землю, и просил, чтобы их открыли.

Я медленно и беспощадно приближался к нему. Спрятав Итинерес в ножны, а кинжал — в перчатку, я сосредоточил Тьму на своих ладонях. Когда моя тень упала на ворота, мечник обернулся. В его глазах был страх. Страх перед смертью.