После ванны служанка переодела Эстель в чистое песочного цвета платье. Белоснежные кружева по лифу и рукавам украшали наряд, делая его утончённым и изысканным. Горничная же взялась за причёску сеньориты. Часть волос хозяйки Лусия заплела в тонкие косички, собрав и закрепив их на затылке сеткой с небольшими жемчужинами, а оставшиеся пряди оставила струиться по спине госпожи золотым каскадом. Закончив работу, служанка поправила несколько локонов у висков и, взглянув на Эстель, вздохнула:
– Такая красота – и среди такого сборища проходимцев, – печально проронила она.
– Лусия, тебе очень плохо? Они сильно истязают тебя? – сочувственно спросила Эстель. Сеньорита безумно жалела служанку и переживала, что ничем не может ей помочь.
– Не скажу, чтобы эти compañías34 обращались со мной хуже, чем солдаты нашего гарнизона, – потупив глаза, вздохнула молодая женщина. – Честно говоря, я даже не ожидала, что разбойники могут быть настолько обходительными, – призналась Лусия.
Как оказалось, бесстрашные пираты, оставшись один на один с дамами, терялись и не знали, как себя вести. Перед ними были не проститутки из кабака, а честные женщины. Если бы в пылу схватки парни натолкнулись на визжащую и брыкающуюся красотку, горячая кровь боя сделала бы своё дело. Желание победить заставило бы мужчин не разводить церемоний. Но вид несчастной пленницы, тихо взирающей глазами полными страха, вводил морских разбойников в ступор. Неожиданно пираты вспоминали о своём кодексе и предпринимали всяческие попытки казаться галантными кавалерами и даже припасали для дам дорогие презенты, желая добиться их благосклонности.
– Но от них так разит! – пожаловалась служанка. – Я просто боюсь, что в какой-то неподходящий момент меня вырвет, и это разозлит разбойников, и меня убьют, – всхлипнула Лусия.
– Просто безобразие! – возмутилась Эстель. – А если действительно такое случится? – нахмурилась она. – Я поговорю с капитаном, – вскинула головку госпожа и, повинуясь благородному порыву, направилась к двери.
– Не надо! – воскликнула служанка. – Вдруг он рассердится на вас! – попыталась остановить сеньориту Лусия, но Эстель успела открыть дверь и столкнуться с Жюлианом, охранявшим вход в каюту.
Стюард удивлённо взглянул на сердитую Эстель. К вечно недовольной Долорес парень уже привык, а видеть сеньориту в гневе ему ещё не приходилось.
– Я хочу поговорить с капитаном! – неожиданно твёрдо заявила девушка.
Пожав плечами, Жюлиан повел испанку к главарю. Удивительно: ради себя Эстель не требовала ничего, но, желая хоть как-то защитить служанку от свалившихся на неё невзгод, она отчаянно кинулась ей на помощь. Аристократка, полная решимости высказать своё возмущение пиратам, гордо следовала за стюардом.
Капитан, широко расставив ноги и сложив руки на груди, стоял на юте, наблюдая за работой команды. После перенесённого шторма флибустьеры приводили корабль в порядок. Мастер парусов Форест отдавал команды, а матросы, пристроившись на реях, опускали тяжёлые верхние полотнища, установкой нижних лёгких парусов руководил боцман. Корбо не вмешивался: парни знали своё дело, и капитан только изредка делал замечание, если кто-то случайно замешкается.
Взглянув с высоты юта на светлые локоны пленницы, Тэо на секунду отвлёкся. «А этой пташке что тут надо?» – недовольно подумал пират и снова перевёл взгляд на команду. Капитан с досадой заметил, что парни, застыв на реях, провожают сеньориту заинтересованными глазами. «Похоже, пока мы доберёмся до порта, хлебну я горя с этими пленницами», – про себя вздохнул Корбо и строго прикрикнул на команду:
– Чего застыли? Работайте!
Продолжая коситься на девушку, моряки вяло зашевелилась. Всех остальных пленниц пираты уже видели, а эту сеньориту никому толком в тумане разглядеть не удалось, и как её заперли в каюте, так она оттуда и не выходила. Теперь мужчины, удовлетворяя любопытство, навёрстывали упущенное. Заметив, что, несмотря на возобновление работы, парни делали всё значительно медленнее, Корбо, разозлившись на появившуюся на палубе помеху, нахмурился.
Эстель по трапу поднималась на корму, но капитан, не спуская глаз с моряков на реях, не обращал на аристократку никакого внимания. Остановившись за спиной пирата, испанка замерла, но мужчина даже ухом не повёл, словно её и не было вовсе. Девушка сначала растерялась, но, неожиданно возмутившись откровенно пренебрежительному отношению к себе, собралась с духом и на французском языке выпалила:
– Капитан, если ваши люди приходят на свидание к честным женщинам, то пусть они перед этим хотя бы моются! От них разит, словно от паршивых собак! Моя служанка боится, что её стошнит от этой вони!
