Ксаф тем временем изучал язык груков и постепенно его навыки коммуникации росли. При каждой удобной возможности он останавливался возле группы груков, прибывшей в пещеры для отдыха, и заводил с ними примитивный разговор на простые темы. Моа не знал, что именно они обсуждали, но догадывался, что речь шла о погоде и охоте. Может быть, потому что в его собственном племени об этих двух вещах чаще всего и шли разговоры.
Моа тоже учился говорить на языке груков. Это было непросто. Он кардинально отличался от родного привычного языка. Но с помощью Ксафа ему удалось понять его логику и приспособиться. Язык груков состоял в основном из глаголов, и в нем не было времен. Сложно было понять порой, о каком времени говорит грук без временных указателей. Происходило ли действие вчера, сегодня или только будет происходить в будущем — это можно было определить лишь по косвенным признакам. Скажем, если грук приползал домой с добычей и говорил «Идти охотиться» было понятно, что он уже побывал на ней и вполне успешно.
Говоря об охоте. Питался Моа тем, что добывали груки. В первые несколько дней это была фухса, потом еще фухса, фухса, и еще раз фухса. Были в этой череде и свои исключения, но они также представляли собой растительную пищу. Моа сильно удивлялся этому. Он всегда считал, что груки были первоклассными охотниками, которые могли настигнуть любую добычу. Все же они были самыми быстрыми существами в белых льдах. Но вновь и вновь они приносили им на обед растительную пищу. Наконец, он утратил свое терпение и спросил у одного из них, с чем это связано.
— Почему снова фухса?
— Нравится фухса?
— Нет. Не нравится.
— Не нравится фухса?
— Нет. Или да. Да.
— Нравится фухса?
— Да, нравится.
— Радоваться.
Диалог окончился провалом.
На следующий день была совершена новая попытка.
— Есть мясо?
— Нет.
— Почему?
— Не охотиться мясо.
— Не понимать. Не можете ловить мясо?
— Не охотиться мясо.
Пока Моа перебирал в голове знакомые гручьи слова, носитель языка удалился.
— Они не едят мясо. Вообще, — пояснил Ксаф, — Я наблюдал за ними долгое время, пока еще был в черных льдах и знаю это наверняка. Они травоядные и питаются исключительно растительной пищей.
— Почему ты сразу не сказал мне об этом?
— Хотел посмотреть, как ты сам справишься с разговором.
— Подожди…, - Моа ушел в себя на какое-то время, — А что насчет всех тех убитых гурров… Зачем?
— Ты должен сам узнать ответ на этот вопрос.
— Но почему? Если ты знаешь ответ на него, почему ты не можешь сказать мне об этом сам? Вечно ты говоришь какими-то загадками. У меня такое чувство, как будто ты что-то скрываешь от меня.
— Потому что ответ, который находишь сам, важнее тысячи вопросов с готовыми ответами.
— Вот опять. Даже сейчас ты говоришь загадками.
— Послушай, Моа. Я могу и дам однажды тебе ответы на все вопросы, которые ты мне задашь. Но в моих ответах не будет никакого смысла, если ты не будешь в них верить. Поэтому я хочу, чтобы ты научился сам докапываться до истины и подвергать свои убеждения проверке. Вот сегодня ты узнал, что груки и кхроки не питаются мясом. Ты поверил в это?
— Если честно, то нет, — задумчиво ответил Моа, начиная понимать, о чем говорит Ксаф.
— И это нормально, что ты не веришь. Ты всю жизнь думал иначе. Естественно, что тебе сложно поверить в то, что расходится с твоими убеждениями. Поэтому наблюдай, изучай, исследуй жизнь груков и кхроков, и скоро ты сам узнаешь, что они и, правда, мясо не едят. Ты должен верить не в слова, а в факты. Изучай факты, анализируй их и ты узнаешь «Зачем» они сделали то, что сделали.
После завтрака они отправились в главный зал. У груков было свое название для этого места. Звучало оно «Бхфгуаррд» и означало что-то вроде «собираться вместе». Это было главное и самое большое помещение внутри пещер. То самое, где неделей ранее они приняли приглашение погостить в пещерах. Это было место, куда кхроки могли спускаться и проводить тут время. Случалось это, впрочем, нечасто. Однако здесь все еще был тот кхрок, который лежал вместе с груком на постаменте. Они лежали так все время, что Моа с Ксафом пребывали здесь, и неизвестно, сколько лежали до этого. Они не знали, почему они там лежат и чего ожидают, но предполагали, что это связано с чем-то важным. Свободные груки подносили им еду и проводили с ними время после охоты. Моа с Ксафом тоже проводили там время. Это была хорошая возможность пообщаться с кхроком. Возможность для Ксафа, но не для Моа. Моа по-прежнему ничего не слышал. А вот Ксаф мало того что слышал, но и делал успехи в освоении языка кхроков. Он говорил, что он был идентичен языку груков с той лишь разницей, что произносился на такой высокой частоте, которую он не мог расслышать.
Они сидели там добрую половину дня, общаясь с груками о погоде, охоте и прочих мелочах, вместе ожидали неизвестно чего, и в целом чувствовали себя счастливыми. Груки оказались хорошими ребятами. Моа даже стал привыкать к такой жизни и научился получать от нее удовольствие.
