Лучше просто не бывает. Я смотрел на мир сквозь розовые очки. Меня даже не волновало, что я никак не мог вычислить, куда в моей изысканной клиентке девались шесть стаканов пива. Они где-то там. Вот и все, что мне нужно знать.
В моем довольном мозгу что-то шевельнулось.
Я не мог не спросить.
– Кстати, – сказал я. – Как вы обо мне узнали? То есть в Сан-Франциско есть гораздо более известные частные детективы. Почему вы предпочли меня?
– Вы – единственный, кому мы б могли доверить украсть для нас тело, – сказала богатая блондинка. – У остальных детективов могут еще остаться какие-то принципы. У вас нет ни единого.
И это, конечно же, правда.
Я ничуть не обиделся.
Мне скрывать нечего.
– Где вы обо мне услышали? – спросил я.
– У меня есть источники, – ответила она.
– Не облажайся, – сказала шея.
Я позволил им высадить меня у роскошного жилого дома со швейцаром в нескольких кварталах от того места, где я жил. Сказал им, что здесь я и живу.
Они подъехали к парадному и высадили меня.
Швейцар на меня взглянул с любопытством.
– Спасибо, что привезли меня домой, – сказал я.
Когда я вылезал из машины, шея повернулась ко мне и заговорила:
– Почему ты хочешь выйти здесь? – сказала она. – Ты ведь здесь не живешь. Ты живешь в крысятнике в паре кварталов отсюда. Но, может, тебе нужно размяться. Нам все равно, где ты живешь. Мы хотим одного – чтобы тело было у южных ворот кладбища «Святой упокой» в час ночи. Ровно.
Я стоял, так и не сумев толком придумать, что бы им ответить. Кто эти люди? Откуда они столько обо мне знают? Я и не представлял себе, что так популярен.
– Я практикуюсь, – наконец ответил я. – Когда-нибудь здесь поселюсь.
Шея открыла рот снова:
– Не…
– Я знаю, – ответил я. – Облажаюсь.
– До встречи, мистер Зырь, – сказала мне изысканная блондинка с шестью стаканами пива, запрятанными где-то в ее красивом теле.
Автомобиль медленно отъехал.
Я смотрел ему вслед, пока он не свернул за угол и не пропал.
Швейцар принялся мести тротуар. Подметал он ко мне очень близко. Я отошел.
Я по-прежнему не позвонил маме.
Она уже вернулась с кладбища.
Лучше бы с этим покончить. А кроме того, я смогу известить ее, что намерен вернуть часть позаимствованных у нее средств. Само собой, о размере гонорара я упоминать не стану, поскольку она захочет больше денег, чем я намерен вернуть.
Теперь меня очень интересовало обзавестись конторой, секретаршей и автомобилем. Мама может и подождать. Она привыкла. Она только положит деньги в банк, а это – последнее место, где мне бы хотелось держать свои деньги.
Мне нужна контора, где имеется
К. Зырь
золотом на двери, и роскошная секретарша, строчащая под диктовку:
Уважаемый мистер Купертино,
благодарю Вас за премию в пятьсот долларов после того, как я разыскал Вашу дочь. Большое удовольствие иметь дело с джентльменом. Если потеряете ее снова, Вы знаете, где меня найти, и в следующий раз поиск будет за счет заведения.
Искренне Ваш,
К. Зырь
И еще мне нужна машина, чтоб я мог перемещаться по городу, не снашивая башмаки до дыр. В частном детективе, который ходит пешком или ездит на автобусе, как-то недостает класса.
И клиентам неуютно встречаться с частным детективом, у которого из кармана рубашки торчит автобусный билет.
Но сейчас лучше позвонить маме.
Я прошел пару кварталов до телефонной будки.
Опустил никель и приложил к уху трубку. Гудка не было. Я нажал на возврат монет, но мой никель остался у телефона внутри. Я пощелкал рычагом аппарата. В трубке продолжалось молчание, причем золотом оно не было. Оно, блядь, было моим никелем.
Черт бы его побрал!
На никель меньше.
Большой бизнес опять меня наебал.
Я пару раз стукнул телефон кулаком, дабы подчеркнуть, что некоторые не потерпят, когда их грабят, и дадут сдачи.
Я покинул телефонную будку и прошел полквартала.
Развернулся и злобно уставился на телефон.
В будке стоял какой-то старик. Трубку он держал в руке и с кем-то разговаривал.
Выиграть невозможно.
Интересно, старик воспользовался своим никелем или же по некой всеобъемлющей несправедливости ему удалось дозвониться благодаря моему.
Из ситуации можно было извлечь единственное утешение: надежду, что если он звонит по моему никелю, то говорит со своим врачом – просит средства от омерзительного приступа геморроя.
Вот единственный способ с честью выйти из такого паршивого расклада.
Я повернулся и пошел на автобусную остановку на улице Клей. Автобусом я собирался доехать до морга. Мог бы взять и такси, но решил проехаться автобусом на прощание, поскольку никогда уже не придется мне ездить автобусом.
Это последний раз.
Автобуса ждала молодая женщина.
Как бы симпатичная, поэтому я решил испробовать на ней свое новое богатство – широко улыбнуться и пожелать доброго вечера.
В ответ она не улыбнулась и мне доброго вечера не пожелала.
Зато нервно повернулась ко мне спиной.
Неожиданно в квартале от нас возник автобус.
Через минуту я уже сидел в нем и ехал обратно в морг. Влез в автобус я первым, и когда уселся на переднее сиденье, женщина прошла в конец салона.