Очередное людское поселение они обходить не стали. Валерка увидел его издалека — лес уже закончился, теперь они бежали прямо через степь, изредка заходя на возделанные поля. Далеко впереди показались деревянные стены какого-то посёлка или, может, городка. И в этот раз лиса бежала прямо к нему, не стала сворачивать, как обычно.
— Кто-нибудь знает, где мы? — спросил Птицын.
— Географию изучать надо, — запыхавшимся голосом сообщил ворон. После того, как деревья закончились, крыжатику тоже стало гораздо сложнее — это раньше он мог постоянно отдыхать на ветках, а с земли взлетать было неудобно. Так что теперь отдыхать приходилось на голове у Валерки, но такой отдых ворону не нравился, поэтому он старался «привалериваться» пореже. — Это ж Перевоз. Вон и Пьяна…
— Не был я в этой стороне, — огрызнулся Птицын. — Ни на тёмной стороне, ни в верхнем мире. Как я, по-твоему, должен был его узнать?
— Да никак. И вообще, какая тебе разница, как называется этот городишко?
Замечание Птицын счёл резонным. Тем более, как выяснилось, они уже подходили — лисичка свернула на дорогу и здорово сбавила скорость, а потом ещё и начала водить носом из стороны в сторону.
— Похоже, пришли, — прошептал Валерка. — Вот только куда?
Лиса забежала во двор усадьбы в предместьях, принялась крутиться вокруг дома. Богатая усадьба — красивый, каменный двухэтажный дом, множество построек, а вокруг — поля, на которых пасётся табун лошадей. Пока Валерка раздумывал — сразу же перепрыгнуть через забор, или сначала постучаться, их заметили и хозяева сами вышли навстречу. Лисицу хозяева не увидели, а вот появление Валерки и Агапы незамеченным не осталось.
— Доброго дня, — калитка приоткрылась и со двора выглянула женщина. Валерка сначала подумал — человек, потом посмотрел в глаза и понял, что ошибся. Глаза у женщины были коричневые, с поволокой, обрамлённые длинными ресницами. В смысле, полностью коричневыми — радужка была так велика, что белков было почти не видно. Как у коровы.
«Или, скорее, лошади», — сообразил Валерка, глядя на чуть вытянутое лицо и крупные зубы улыбнувшейся женщины.
— Здравствуйте, — вежливо кивнул Птицын. Долгий бег по лесу не прошёл даром. Рубашка подмышками мокрая от пота, куртку он давно снял. На джинсах и вовсе пятна от травы — пару раз парень оступился и упал. Вряд ли его внешний вид мог произвести хорошее первое впечатление, так что Валерка постарался компенсировать его широкой улыбкой и вежливостью. — Приношу свои извинения за беспокойство. Мы просто ищем мою подругу, и…
— О, ни слова больше! — обрадовалась женщина. — Наверняка вы друг прекрасной Мари с дочерью! Проходите, проходите скорее. Я вижу, вы устали с дороги!
Валерка кивнул, с замиранием сердца вошёл во двор, а потом, вслед за женщиной, в дом.
— Проходите, я сейчас же приготовлю чая! — радостно хлопотала женщина. — Друзья милой Мари — мои друзья. Вижу, вы торопитесь, но прежде, чем вы продолжите путь, вам непременно необходимо немного передохнуть!
— Ммм, простите, не могли бы вы подробнее рассказать про «продолжить путь», — насторожился Птицын.
— Ну как же! Вы ведь спешите догнать свою подругу? — уточнила женщина. — Совсем чуть-чуть опоздали. Они с дочерью уехали утром, буквально пару часов назад. Ничего, найдёте их в… — женщина задумалась, будто пытаясь вспомнить, но потом только махнула рукой: — ну, там, куда они поехали. Совсем забыла… Милая Мари, кажется, упоминала это место… или нет?
«Очень знакомые симптомы», — мрачно подумал Валерка. Он-то надеялся уже найти Алису, а выходит — нужно спешить дальше.
— Пожалуйста, почтенная хозяйка, не могли бы вы вспомнить, в какую сторону они направились? — взмолился Птицын. — Мне очень, очень нужно встретиться… с Мари, я решительно опаздываю, и теперь боюсь, что её потеряю.
Но всё было тщетно. Хозяйка морщила лоб, пытаясь вспомнить, потом позвала мужа — такого же волоокого молодца, но и тот не смог вспомнить многого.
— Вот как отрезало, — растерянно рассказывал мужчина. — Я ведь бегал в город ещё до рассвета, чтобы нанять им извозчика, говорил, куда именно поедут, а сейчас забыл совершенно! Какая-то беда совсем с памятью! Помню, что госпожа Мари вчера ходила в лавку готового платья, приодеть дочь. Помню даже, как она выводила её сегодня утром из подвала, и как они садились в карету — тоже помню, а куда должны были поехать — не помню!
— Из подвала? — мрачно уточнил Валерка.
— Ну да. Дочка, миленькая такая, в подвале жила… горницу-то мы уступили прекрасной Мари… а почему?
Судя по недоумённому виду мужчины, он только сейчас задумался о причинах такого выбора жилья для юной девицы. Правда, через секунду мысли соскочили на что-то другое. Валерка уже думал — всё, сейчас волоокий вообще про Мари забудет, но нет.
