— Если то, что ты говоришь — правда, ситуация дерьмовее некуда, — сказал он уже тише. — Я не буду давать тебе ложных надежд и обещаний, которые не смогу выполнить, но ты можешь быть уверена вот в чем. На тебя подали жалобу в Грэйсэнде — значит, я доставлю тебя туда. И я это сделаю, мне никто не помешает. Наш счетовод — честная, внимательная и объективная женщина. Ты можешь рассчитывать на справедливый суд.
Чудо откинулась на спину и устало прикрыла глаза.
— Что ж, возможно, ты прав, — сказала она едва слышно. — Возможно, такова цена отмщения — в конце сгореть самой. Но знаешь, я считаю, что всё сделала правильно. Если я сократила численность бездушных монстров в мире — всё было не напрасно.
— Ты убила Тои Игараси, — осторожно сказал Арпад. — Законопослушного члена общества. Гемофила, который много лет питался только одним миньоном и исправно платил налоги…
— Мне жаль, если я ошиблась, мне действительно жаль, — Чудо открыла глаза и поглядела на Арпада. — Почти всех кровососов, что приходили в пустыню, я помнила в лицо, но иногда догадывалась об их природе по поведению. Та, последняя, питалась миньоном у меня на глазах. Он, вроде, не возражал, но они никогда не возражают, верно? Они словно под гипнозом…
Арпад ошарашено уставился на свою пленницу. По её словам выходило, что она убила не одного гемофила, а, возможно, и не двух.
— Сколько кровососов на твоем счету?
Девчонка грустно улыбнулась, но ответить не успела. Повозка остановилась. Они прибыли в Вормрут.
Сначала Арпад собирался снять комнату в трактире, но после того, что он услышал от Чуда, передумал. Возможно, она лжёт, но, может быть, и нет; и если так, то она действительно может быть в опасности. Она вела в пустыне войну с кровососами, но никто не разу не пожаловался на монстра, значит, кто бы они ни были, они не хотели, чтобы протекторат узнал о последней выжившей Цеплин. И теперь, когда она в руках гильдии и может дать обличающие их свидетельства, её вполне могут попытаться убить.
Там, в пустыне, она была вооружена и на своей территории, здесь же она зависима и беспомощна. Арпаду было не по себе от мысли, что девчонку под его опекой могут убить. Ну почему она не рассказала об этом раньше, пока команда была ещё в полном составе?
Знакомых у Арпада, кроме Агаты, в Вормруте не было, проблемой могла стать лишь её природа… Но Чуду вовсе не обязательно знать подробности.
Арпад рассчитался с владельцем повозки, развязал своей пленнице ноги и позволил надеть шлем — не столько из доверия, сколько из нежелания тащить всё самому. Агата снимала комнату на другом конце города, и Арпад изо всех сил надеялся, что она окажется дома. Впрочем, почему бы и нет — на "работу" она обычно выходит под покровом вечерних сумерек.
Идти пришлось довольно долго — обоз остановился почти в центре города, на ярмарочной площади; Арпад даже пожалел, что не доплатил за доставку "к дому", особенно потому, что все глазели на его спутницу, точнее, на её причудливый шлем и занимательное "ожерелье". Вот уж точно, завалил он миссию "затеряться в большом городе". Если кто-то из кровососов захочет её найти, это произойдёт ещё раньше, чем они дойдут до квартиры Агаты.
Чуть больше чем через час они оказались в высоком кирпичном здании неподалёку от стекольного завода и поднялись по крутой лестнице — Агата жила на самом верху.
— Эй, куда это ты меня ведешь? — подозрительно спросила Чудо и замедлилась. Осталось подняться всего на полтора пролёта, и Арпад так торопился добраться до места и сбросить тяжёлую ношу, что наткнулся на свою подконвойную и едва не упал.
— Остановимся у моей подруги, так будет безопаснее всего, — сказал он. — Обсудим подробности твоей ситуации, решим, как нам добраться до Грэйсэнда…
Чудо остановилась и резко развернулась.
— Ты! — она задохнулась от ярости и задрожала. — Привёл меня в логово кровососа, паскуда!
Она с силой тряхнула головой, сбрасывая шлем прямо на Арпада. Тот оступился от неожиданности, но каким-то чудом умудрился не упасть. Но когда он снова обрёл равновесие и сориентировался в ситуации, Чудо уже пробежала несколько пролётов. На такой скорости, со связанными за спиной руками, она рисковала расшибиться насмерть, но, похоже, она хорошо контролировала баланс своего тела. Арпад помчался следом.
— Стой, идиотка! — заорал он. — Она одиночка, соблюдает закон!
Беглянку он настиг аж на соседней улице, и то только потому, что она растерялась в толпе и шарахалась от каждого встречного. Арпад повалил её на землю, крепко ухватил за узел на руках, и только после этого поднял за шкирку, как котёнка.
— Не будь дурой! — зашипел он, пока она дергалась и кричала. Прохожие испуганно шарахались в стороны, едва видели у него на плече знак Гильдии Охотников. Никто не хотел знакомиться поближе с нечистью в человеческом обличье, а разубеждать их Арпад не собирался. — Если бы я хотел твоей смерти, я отдал бы тебя тому блондинчику! Он неплохие деньги предлагал, если ты помнишь…
Чудо выругалась, когда он особенно грубо дернул веревку, которой были связаны её руки.
