— Какому богу ты поклоняешься? — глухим голосом спросила она.
Арпад опешил от такой смены темы. Это снова было похоже на попытку усыпить его бдительность.
— Никакому, — резко отозвался он и ускорил шаг. — Я не нужен богам, а они не нужны мне.
— Жаль, — сказала Чудо, и явно что-то хотела добавить, но передумала.
Когда они вернулись на лестницу, где бросили вещи, оказалось, что Агата их уже забрала и поджидала их.
— Слышала твою истерику, — холодно сказала она Чуду. — Из-за таких шовинисток как ты мне иногда хочется забить на закон и сожрать кого-нибудь. Только почище и посимпатичнее. — На её лице было такое глубокое презрение, что не знай Арпад её так хорошо, мог бы и поверить. — Заходите. И ведите себя прилично, ладно?
Чудо не ответила и даже не подняла головы, а лишь безвольно шагала туда, куда подталкивал её Арпад. Казалось, она не верила, что её не собираются сожрать прямо сейчас, от страха у неё помутилось в голове, и она вообще не понимала, что ей говорят. Заперев за ними дверь, Агата скрестила руки на груди и спросила:
— Ну и зачем ты её сюда притащил?
Разместившись расслабленно на диване, Арпад попытался объяснить всё внятно и по порядку, но получалось у него не ахти, возможно, потому, что он и сам не до конца верил в слова Чуда. Агата, кажется, почувствовала его сомнения, и, поразмыслив немного, уселась в одно из кресел, чтобы продолжить разговор. Нежданой гостье она предложила располагаться на диване рядом с Арпадом, но та, поколебавшись недолго, села прямо на пол у дальней стены. Это всех устраивало — бежать ей было некуда, вооружиться нечем. Можно разговаривать.
— Как тебя зовут? — спросила Агата, и только теперь Арпад вспомнил, что "Чудо" вообще-то не настоящее её имя, а прозвище, которое придумали они сами.
Девчонка не ответила. Наверное, возможность нормального общения с гемофилом была далеко за гранью её понимания.
— Будет лучше, если ты перестанешь упрямиться, — спокойно сказал Арпад. — Посмотри на это так: от тебя уже всё равно ничего не зависит. По крайней мере, пока мы не доберёмся до Грэйсэнда. Так почему бы тебе не облегчить свою участь, сотрудничая с теми, от кого ты зависишь?
Чудо бросила на него раздражённый взгляд, но явно была готова признать его правоту.
— Нора, — негромко сказала она, глядя ему в глаза. — Нора Найт.
— Вот ведь чёрт, — ошарашено откинулась в кресле Агата, услышав одну из фамилий, бывших на слуху несколько лет назад. — Цеплин, серьёзно? Они живы?
— Мы обнаружили только её, — сказал Арпад. Ему стало не по себе от воспоминаний о брошенном лагере.
— Ты единственная? — встревожено понизив голос, спросила Агата у Норы. — Последняя выжившая? — Та не ответила, глядя исподлобья. Этот вопрос явно не относился к тем, в которых она считала нужным сотрудничать. — Чёрт, детка, если это так… Мне действительно жаль.
Агата выглядела не на шутку расстроенной, и Арпад запоздало вспомнил, к кому он привел "Чудовище" — у его подруги была похожая судьба. А может, само провидение привело его сюда…
— Чудо, нам нужно больше информации. Ты говоришь, что твоё племя уничтожили гемофилы, но это очень серьёзное заявление. Расскажи, что произошло. В подробностях.
Нора вздохнула, закрыла на секунду глаза, будто смиряясь с ситуацией, а потом заговорила ровным глухим голосом, будто через силу.
— Мы сделали стоянку на Плешивом Горбу — мы всегда там отдыхаем несколько дней, прежде чем начать переход через Маковое Плато. Никто не ждал, что такое произойдет. Сначала начали исчезать люди — по одному или двое… Мы не находили тел, не знали, что происходит. Старейшины отложили переход через Плато, пока ситуация не прояснится… В одну из ночей моя мама и сестра просто вышли из вагончика и больше не вернулись. Потом начались настоящие атаки, и всегда ночью. Во время первой мы так и не разобрались, кто или что было виной гибели и исчезновению нескольких десятков людей. Гемофилы обстреливали лагерь из укрытий, а мы совершенно не были готовы к атаке. А люди просто шли на их зов, как безвольные тупые марионетки… Потом, когда старейшины, наконец, решили уводить племя на юг, они появились при свете дня. Наши мужчины были готовы защищаться, но… Они бросили оружие и добровольно сдались, как будто не могли сопротивляться.
— Сопротивляться действительно почти невозможно, — серьёзно сказала Агата. — Нет их вины в том, что они потерпели поражение. Как ты смогла улизнуть? Тебя не заметили?
Это была явная ловушка, попытка уличить Нору во лжи — гемофилы не могли кого-то «не заметить», особенно когда в них горит азарт охоты. Арпад молча наблюдал и думал, что вряд ли девчонка обманывает. Хотя как знать…
— Нет, — сказала она. — Я была со всеми, так что… Их главная сказала действовать по плану, и тогда… Это было странное ощущение, как будто… Эйфория, или… хм.
Нора смущенно умолкла, но насмехаться над ней было неуместно, хотя Арпаду очень хотелось.
