Раздалось первое испуганное ржание самых неудачливых коней, которых хищные растения тянули к рогаткам в стволах. Удивительно, но силы этим отросткам было не занимать — туши весом под четыреста килограммов с лёгкостью закидывались в пасти. Вот только, насколько успел заметить Зефир, те не были приспособлены для такой крупной дичи и, судя по всему, не растягивались, поэтому жертвы застревали на полпути, не пролезая в глотку полностью.
Тем временем на охотничьей поляне появилась вторая порция злопони — около пятнадцати особей. С красными от лопнувших капилляров глазами, они, не обращая внимания на «летающих» собратьев, рванули вперёд. И вновь у хищных деревьев, оставшихся без добычи в первой волне, начался пир.
Наступая на тёмно-зелёные лианы, чудовища провоцировали растения, а те резко обхватывали их и тащили к себе. Процесс повторился — ещё пятнадцать пони оказались схвачены и затолканы в глотки. Но, как и в прошлый раз, деревья не могли их полностью проглотить, отчего задние части монстров торчали кверху, беспомощно дрыгая копытами.
Всё происходило так стремительно, что, когда все лошади второй группы уже висели в воздухе, на поляну ворвалась третья и, похоже, последняя часть табуна. Лиан на земле почти не осталось, а практически все «рогатки» были забиты торчащими из них задами злопони, отчаянно дрыгавших ногами и глухо ржавших из глубины стволов.
При этом хищная растительность оказалась жадной и тупой: вместо того чтобы вытаскивать застрявших коней, лианы, словно хлысты, с немалой силой лупили их по ягодицам, вызывая ещё более истошные крики у попавших в ловушку чудовищ. Весь лесок наполнился невообразимым гамом, больше напоминавшим приют для умалишённых.
Парням по сути повезло — злопони было достаточно много, чтобы они, потеряв остатки разума, лезли вперёд даже в ловушку. Однако испытания ещё не закончились — дюжина оставшихся тварей мчалась на них во весь опор.
Примерно на середине пути табун разделился на два потока: один устремился к Зефиру, другой — к Леопольду. Чернявый, увидев, что монстры выстроились в неровную линию, мгновенно опустился на колено и дёрнул за спуск усиленного косточкой стреломёта.
Метровый болт вонзился первому пони прямо в грудь и, не теряя скорости, пробил тело насквозь, чтобы через мгновение врезаться в морду следующему. Убойная сила была такова, что, прошив вторую тушу, снаряд сразил ещё двух монстров, прежде чем наполовину вонзиться в хищное дерево на другом конце поляны, заставив то недовольно заскрипеть.
Мгновенная гибель большей части атакующих не остановила двух оставшихся коней. Перепрыгнув через павшие тела, первый вцепился острыми зубами в поднятый чернявым щит. Раздался треск ломающихся зубов, а Леопольд прочертил ногами две полуметровые борозды в рыхлой земле. Но не растерялся — когда инерция удара иссякла, он со всего размаху опустил шестопёр на голову твари.
Раздался сочный хруст, и туша рухнула наземь. Однако расслабляться было рано — последний монстр уже приближался. Быстро подняв металлическую преграду и отставив правую ногу назад, чернявый приготовился к удару.
Тем временем у командира события развивались по иному сценарию: он не стал ждать противников, а рванул навстречу, выставив вперёд щит с острым шипом.
Енот, увидев манёвр юноши, поспешно ретировался с его шеи. В то время как Зефир, набрав приличную скорость, через несколько секунд врезался в первого монстра. Под громкое «бом!» шея чудовища вывернулась под неестественным углом, а мёртвое тело отлетело назад, прямо на приближающихся сородичей.
Образовалась настоящая свалка: злопони не смогли вовремя свернуть и полетели кубарем, причём двое из них — прямиком на парня! Зефир успел выставить тонкий лист металла, когда его сбили с ног две туши. Кувыркнувшись несколько метров, монстры замерли, а из-под них раздалось кряхтение. С трудом скинув с себя дёргающиеся в конвульсиях тела, командир огляделся.
Основная группа злопони лежала поодаль — с переломанными ногами и шеями, они больше не представляли угрозы.
Внезапно снизу раздался громкий всхрап, и один из противников дёрнул конечностями. Меч моментально опустился, отсекая голову, и монстр затих.
— Ты там цел? — раздался громкий и обеспокоенный голос Леопольда, перекрывая шум, издаваемый застрявшими в деревьях пони. А сам он выглянул из-за ствола.
Зефир на секунду замер, прислушиваясь к ощущениям: левая рука ныла после удара, спина тоже болела. Но в целом — ничего серьёзного.
— Да, пустяки! — отойдя от трупов, парень направился к товарищу. — Сам как?
— Отлично! Четверых сразу уложил одним выстрелом!
— Тогда пошли отсюда, — произнёс командир, оглядываясь в поисках Брута.
Енот обнаружился чуть поодаль, в кустах. Нормальный товарищ проявил бы участие к только что сражавшимся друзьям. Но не этот деятель. Мохнатый уставился странным взглядом на то, как мутировавших коней лупят по задницам лианы, при этом не переставая похабно хихикать.
Зефир лишь закатил глаза — он даже на секунду не хотел представлять, какие мысли бродили в бестолковке Брута…
