Крокодил взревел и начал разворачиваться, а командир кинул взгляд назад. У развалин хижины присел на колено Леопольд и выстрелил ещё раз, немного смазав и попав чудовищу в заднюю часть. Болт опять застрял в верхнем слое кожи, и теперь крокодил, обзаведясь «хвостом», которого раньше у него не было, напоминал странного зеленого попугая — и ему это определённо не понравилось.
— Дерьмо! Не пробивает! — закричал расстроенный чернявый, поднимаясь и выхватывая шестопёр.
Их противник в этот момент снова бросился на Зефира. Парень мельком взглянул на жезл на поясе, но пока отказался от этой идеи, удобнее перехватив клинок. Если его следующая задумка не сработает, тогда он будет тратить заряды артефакта со спокойной душой.
Тварь приближалась, и до столкновения оставались какие-то жалкие метры, когда командир неожиданно прыгнул. Но не вбок, как обычно, а вверх. Враг не успел среагировать, и гигантские челюсти громогласно захлопнулись в метре от ног парня, пока тот в полёте размахнулся усиленной ладонью и влепил прямо по одному из болтов, торчащих из головы.
Раздался мощный шлёпок и треск черепа, в то время как Зефир пролетел между торчащих из спины лап монстра и приземлился наземь, кувыркнувшись пару раз и гася ускорение. Противник пробежал ещё немного, а затем грузно осел, пропахав небольшую борозду.
Битва разнообразных монстров внутри поселения к этому времени тоже практически подошла к концу — не без помощи почившего крокодила. А единицы выживших теперь пировали на останках, игнорируя остальных.
— Брут! — крикнул Зефир, и через пару секунд рядом с ним материализовался енот, пережидавший где-то недалеко опасные времена.
Чернявый тоже подбежал и произнёс виновато:
— Извини, что так долго. Там несколько тварей внезапно вылезли.
Командир махнул рукой и кивнул на громадную тушу:
— Давайте искать косточки. Они у него точно должны быть.
…
Энергетических центров у монстра не оказалось, зато товарищи извлекли из тела ядро. И, учитывая, что в энциклопедии такого чудовища не было, они не стали его дальше разделывать. Но даже так медузка уже являлась очень ценным призом за их старания.
К слову, когда болты из артефактного стреломёта, торчавшие в голове твари, развеялись, командир ради интереса подошёл и осмотрел проделанные дыры. Друзьям крайне повезло — мозг у чудовища в полутораметровой голове был не больше человеческого кулака, и болт, который юноша вбил в череп, как раз попал именно в него. Ударь Зефир по второму снаряду, их противник так просто бы не умер.
Помимо ядра, остальные монстры порадовали парней тремя косточками: две с медвежутей и одна с большого чёрного ежа. Причём, чтобы добыть энергетические центры с медведей, пришлось сначала прикончить пирующих на их тушах падальщиков, а последний энергетический центр из ежелизи вообще сожрал его собрат и попытался укатиться. Но парни быстро нагнали вора, достав косточку из распоротого желудка.
— Ну что, идём отсюда? — закончив со сбором трофеев, проговорил командир.
— Может, всё-таки возьмём мешки с парализующим ядом у ежей? — отозвался Леопольд и добавил, — жаль оставлять.
Холодок у товарищей был всего один, и много туда всё равно бы не поместилось. А если добавить к этому, что яд практически ничего не стоил по сравнению с косточками, Зефир решил не заморачиваться с мелочёвкой.
— Ну мы же это обсуждали, — посмотрел на друга командир.
— Всё равно жалко, тоже ведь деньги.
Зефир прислушался к звукам вокруг бывшей деревни. Кое-где за её пределами ещё шли сражения между лесными обитателями, и, в принципе, чтобы не ввязываться в новое побоище, можно было немного задержаться.
— Хорошо, давай возьмём, — сдался юноша под натиском друга.
В итоге группа вышла из полностью разрушенного поселения только через четверть часа, забив Холодок мешками с ядом до отказа. Деревня енотов к этому моменту была стёрта с лица земли, а все её жители вместе с практически всеми напавшими тварями стали кормом для немногочисленных и удачливых выживших.
За завалом дела обстояли не лучше. Монстры и изменённые животные послабее, что не попали внутрь, утроили бойню за пределами поселения, и весь лес, куда ни кинь взгляд, был усеян её результатами. Тысячи разнообразных тварей — от совсем мелких до довольно крупных — устилали землю, словно ковёр, а единицы уцелевших, в основном мутировавшие птицы, теперь пировали на останках, не обращая внимания на поражённую до глубины души группу.
— Брут, — обратился Зефир к еноту у себя на плечах, — это же был ветрячок, да?
Мохнатый тявкнул согласно, с опаской поглядывая на то, что натворил.
— Предлагаю в лесу его больше никогда не применять, — переступив через вырытую яму, из которой торчала небольшая изменённая тварь с откушенной головой, опасливо проговорил Леопольд.
— Согласен, — кивнул командир и добавил признательно, — спасибо, Брут.
Тот горделиво и наигранно-храбро тявкнул в ответ, хотя сам не ожидал такого катастрофического результата и поёжился.
— Расскажи, что произошло, подробнее, — попросил Зефир у мохнатого, и зверь затявкал в ответ.
Выслушав пояснения, чернявый бросил в сердцах:
