Енот тем временем развернул ткань, которая оказалась небольшим отрезом, похожим на платок, и накинул ее на себя. В тот же момент его фигура подернулась рябью и вытянулась вверх. Впрочем, лица парней тоже вытянулись, а глаза чуть не вылезли из орбит. Потому что, когда рябь прошла, перед ними стояла обворожительная красотка с длинными синими волосами, одетая в шикарное белое платье до щиколоток, а также с глубоким вырезом и на каблуках.
У нее был аккуратный носик, пухлые губки, серые выразительные глаза и длинные ресницы, которыми она сейчас усиленно хлопала. Тело тоже оказалось выше всяких похвал: тонкая талия и высокая грудь, частично открытая нарядом. И, судя по всему, с остальным, что было прикрыто материей, там тоже всё было в порядке.
— Э-м-м-м, — проговорил шокированный Зефир. — Брут?
Красотка меж тем перестала хлопать глазами и посмотрела себе на грудь. Ее лицо исказилось в похабной гримасе, а через миг она уже мяла свои сиськи, пошло хихикая.
— Точно Брут, — уверенно заявил Леопольд, смотря диким взглядом на эту картину.
Вскоре девахе это занятие наскучило, и та попыталась пройтись. Вот только инструкций, как пользоваться каблуками, никто в голову еноту не вложил, поэтому, сделав шаг, он сразу же оступился, чуть не подвернув ногу.
Изо рта у красотки вырвалось гневное тявканье, а когда матерная тирада на енотьем языке была закончена, она резко задрала платье до бедер.
Лица у парней снова вытянулись. Да и Брут как-то странно крякнул. Ножки у псевдодевушки были прекрасными: длинные, стройные. А в колготках-сеточках и на каблуках смотрелись шикарно, если бы не одно большое «но» — волосы. Просто море синих волос на ногах.
Таких мохнатых ног не было даже у обезьян.
— М-да, — пробормотал командир, оправившись от потрясения. — Очень специфический артефакт. Давай второй проверим.
Зверь горько тявкнул. Его чувство прекрасного было растоптано в пыль этими волосатыми ногами на каблучках. Сняв с себя накидку, Брут уменьшился в размерах, вновь став обыкновенным синим енотом, с траурной мордочкой уложил немного потускневшую материю в свою сумочку и подобрал выпавшую ранее ракушку.
Подержав артефакт недолго в лапах, мохнатый тявкнул и легко открыл верхнюю створку. Через миг из нее вверх клубами повалил густой сиреневый дым. Выглядело все это крайне подозрительно, и парни инстинктивно отскочили подальше, провожая взглядом странное явление и не решаясь проверять на себе его действие.
Тем временем небольшой порыв ветра подхватил эту насыщенную дымку и понес ее вбок, прибив немного к земле. Как раз на семью из двух паукомяков, копошившихся неподалеку и не замечающих надвигающегося облака.
Вскоре оно настигло их, за несколько мгновений скрыв зверьков, и потом отправилось дальше. Пару секунд ничего не происходило, затем один из хомяков медленно подошел ко второму, заключил в объятия своими паучьими лапами и… страстно поцеловал.
Челюсти парней снова отвисли чуть ли не до земли, а енот захихикал.
Паукомяки меж тем уж совсем распалились, а троица отвернулась в отвращении.
— Ты уверен, что это не проклятый артефакт? — обратился командир к еноту.
Мохнатый тявкнул утвердительно, но вот уверенности в его голосе поубавилось на порядок.
— И закрой ее уже, пожалуйста, — добавил озабоченно Леопольд, посмотрев на ракушку, из которой продолжал валить сиреневый дым, с опаской.
Пока товарищи, отвернувшись, общались, они не заметили, как новый порыв ветра стал уносить уже выпущенное на волю облако от хомяков-извращенцев прямо к Чудовищной улитке, продолжавшей спокойно стоять на месте. Ветер еще сильнее усилился, и оно подлетело к огромной дыре под раковиной, которая изредка открывалась и закрывалась, всасывая в себя воздух. Прошла секунда, и дым уже был внутри…
— Может, выкинем? — внезапно предложил Зефир. — Если мы продадим артефакт кому-то не тому, то жди беды…
Енот в этот момент быстренько закрыл и спрятал немного потускневшую ракушку в сумочку, а потом оказался на плече у командира и протестующе тявкнул.
Леопольд тоже засомневался, и если у енота бродили в голове похотливые мысли, то вот чернявый боролся с алчностью. Ведь если загнать такую специфичную штуку какому-нибудь богатому извращенцу, то можно было бы озолотиться.
— Ладно, оставим ее для продажи, — внезапно согласился Зефир, увидев реакцию друзей. — Только пообещайте, что без спроса никто не будет применять эту ракушку вблизи от нас.
Ответить товарищи не успели — позади них раздался чудовищный по силе скрип и щелканье. Заполошно обернувшись, они увидели, как гигант мелко трясется, а также остатки сиреневого тумана рядом с ним.
— Сраное дерьмо! — мигом оценил ситуацию командир. — Бежим!
После того, что произошло с хомяками, ему даже думать не хотелось, что может натворить огромное чудовище под афродизиаком с окружающими.
Улитка тем временем еще раз оглушающе защелкала и начала водить своими антеннами по сторонам. Кого она там выискивала, обернувшийся на бегу Зефир догадывался, и затылок парня закололо от надвигающейся беды.
