Леонид Николаевич сидел за большим столом, заваленным папками, книгами и журналами — предпочитал находить нужную информацию в печатных изданиях. Правда, для работы все же использовал очередной ноутбук, подаренный Анфисой, привыкал к каждому довольно долго, да и жили они у него мало — в силу рассеянности Леонид Николаевич то запинался о шнур и ронял гаджет на пол, то заливал его чаем, а то и вовсе забывал сумку где-нибудь в метро. Нынешний ноутбук служил владельцу довольно долго, и Анфиса всякий раз с удивлением смотрела на поцарапанный корпус и обнаруживала, что гаджет все еще работает.
— Папа… — Она села на небольшой диванчик в нише между книжных полок и подобрала под себя ноги — делала так с самого детства, сколько себя помнила. — Ну, что врач сказал?
— Что успели вовремя, но ее необходимо госпитализировать. — Отец отодвинул журнал, в котором что-то подчеркивал маркером.
— Так надо ехать, — встрепенулась Анфиса. — Давай позвоним Сергею Ильичу…
— Ты ведь понимаешь, что я уже ей это предложил, — перебил отец. — Но Тома отказалась, она хочет дождаться Лесю.
— Папа, ты о чем говоришь вообще?! — воскликнула Анфиса. — А если Олеська действительно куда-то влипла?! И пока ее будут искать, мы упустим время, а маме станет хуже? Ты хоть иногда можешь вести себя как глава семьи?
— Я не могу заставить дееспособного человека делать то, чего он не хочет.
— Папа, ты не на кафедре, а речь идет о маме!
— Анфиса, разговор окончен, — негромко произнес Леонид Николаевич. — Давай лучше подумаем, что могло случиться с Лесей.
— Она что-то говорила — куда пошла, с кем?
— Ты ведь знаешь, что мы не особенно с ней разговариваем.
— И как ты предлагаешь найти ее, если не можешь сказать даже, о чем она говорила перед исчезновением? Ну, хоть что на ней было, когда она ушла? — И Анфиса осеклась, поймав растерянный взгляд отца.
Он не смог бы даже сказать, какого цвета халат у матери и какая верхняя одежда была на Анфисе, когда он открыл ей дверь. На таких мелочах Леонид Николаевич никогда не фокусировал свое внимание.
— Так, понятно. — Она встала. — Пойду вещи посмотрю. И фотографию бы найти посвежее.
— Зачем? — не понял отец.
— Затем, что полицейские попросят. У тебя в телефоне нет?
— Кажется, есть у мамы… они ходили в театр, может, фотографировались, мама ведь любит…
«В театр, значит, ходили… А меня не позвали, надо же», — отметила про себя Анфиса.
Театр в их семье всегда стоял особняком, походы туда были традицией, Тамара Андреевна всегда использовала свои связи, чтобы иметь возможность водить Анфису и Олесю на самые лучшие спектакли. И вдруг они отправляются в театр вдвоем, даже не сказав об этом ей…
«Неужели Олеська опять пыталась обработать маму насчет наследства? Вот неугомонная…» — Анфиса вошла в комнату, где остановилась сестра, открыла шкаф и уставилась на пустые вешалки. На трех из них сиротливо болталась пара джинсов, две футболки и темно-серое худи с капюшоном. На полке обнаружился небольшой дорожный кофр с бельем и несколькими парами носков.
— Не поняла… — пробормотала Анфиса, разглядывая все это. — Она прилетела на два месяца с количеством вещей, равным нулю? А чемодан с нее ростом… Что там было тогда?
Чемодан тоже стоял в шкафу — огромный, максимально допустимого размера, и миниатюрная Олеся действительно могла поместиться внутри без особых проблем. У Анфисы даже мелькнула глуповатая мысль — а не проверить ли, вдруг сестра действительно там, но она отогнала ее.
«Придется маму потревожить, ничего не попишешь», — Анфиса закрыла шкаф и пошла в спальню к Тамаре Андреевне.
Та сидела, обложившись подушками, и листала что-то в телефоне.
— Мам, ну ты как? — Анфиса присела на край кровати.
— Со мной все в порядке, вы зря панику тут подняли.
— Мама, сейчас не об этом речь. Давай подробно — как вы с Олесей провели день до ее исчезновения?
Тамара Андреевна вдруг занервничала, Анфиса хорошо знала ее манеру прикусывать нижнюю губу при сильном волнении.
— Не переживай, если даже ты пообещала ей переписать квартиру, мне безразлично. Я самостоятельный человек и в состоянии позаботиться о себе сама. Но мне важно знать — где вы были, о чем разговаривали? Может, Олеська что-то про Антона говорила, про свои планы? Может, она с кем-то собиралась встречаться? Мама… — Анфиса взяла ее за руку. — Пожалуйста, вспомни все подробно, тебя об этом непременно спросят…
— Так, может, я сразу полицейским об этом скажу? Почему ты до сих пор не вызвала полицию?
— Потому что подавать заявление нужно в отделении, это раз, а во-вторых, должно пройти трое суток. Но я попробую обратиться к знакомому следователю. И было бы неплохо, если бы у меня уже были какие-то сведения о том, как Олеся провела день до своего исчезновения. Может, ей кто-то звонил, предлагал встретиться? Ты, случайно, не слышала?
— У меня нет привычки подслушивать, — оскорбленно заявила Тамара Андреевна.
