Четверо воинов тащили меня на носилках с лиственной подстилкой. И хотя они довольно сильно раскачивались, мне было вполне комфортно. Качка убаюкивала. Я был бы не прочь ехать так весь оставшийся путь.
Благодаря ежедневному принятию лекарств, перевязкам и лежачему режиму, я постепенно шёл на поправку. Однако мне приходилось мириться с очень медленным процессом заживления основной раны на рёбрах. У любого рацидорца такой порез затянулся бы в течение двух-трёх дней, а мне для этого нужно было около десяти-пятнадцати суток.
Из-за того, что меня приходилось нести на носилках, скорость продвижения отряда существенно замедлилась. В результате, к полноводной реке Чилатгур мы подъехали только на седьмой день. Ширина речного русла достигала нескольких сотен метров, но мы собирались переправиться на другой берег вблизи от водопада. По словам Рене, там русло сужалось, а глубина была минимальной.
Проехав пару километров на запад вдоль реки, мы вскоре заметили торчащие из воды зеленовато-серые глыбы. Когда наш отряд приблизился, я увидел, что это не просто нагромождение валунов, а обломки плит и опор разрушенного моста. Судя по всему, он был уничтожен тем же мощным землетрясением, которое погубило древнюю цивилизацию рацидорских людей.
Чуть дальше по течению находился большой водопад, образовавшийся в результате разлома земной КОРЫ И появления ГЛУБОКОГО КАНЬОНА.
Как и раньше, для преодоления водной преграды, Рене Алман приказал рубить молодые деревья и строить плот, хотя, при желании, вдоль берега можно было отыскать старые плоты, которыми иногда пользовались редкие путешественники и такие же редкие купцы. Затем он подошёл ко мне и шутливо спросил:
— Ну что, больной, как вы себя чувствуете?
— Вроде бы неплохо, доктор, — ответил я, усмехаясь. — Если резко не дёргаться, то шов на рёбрах почти не болит.
— Это хорошо, потому что на другом берегу тебе придётся сесть на фалдара и ехать со всеми на равных.
За рекой начинаются владения одного из крупнейших дикарских племен. Оно обитает возле древнего города Таэнал. После сражения под Поунсом это племя потеряло значительную часть воинов. Но даже те, которые остались, могут напасть на наш отряд.
Если друндалы нас заметят, мы помчимся галопом. И хотя твои раны ещё не зажили, я уверен — ты потерпишь такие неудобства.
— Постараюсь, — кивнул я, медленно поднимаясь с носилок.
Спина болела от постоянной тряски на жёстких носилках. Хотелось пройтись и немного размяться.
Примерно через три часа большой плот был спущен на воду. Воины стали перетаскивать на него провизию и снаряжение, освобождая всех животных от груза. Как только с этим было покончено, семерых фалдаров привязали к плоту, чтобы они тащили его за собой. Остальным предстояло плыть позади.
Наконец, когда всё было готово, Рене дал команду на отплытие. Несколько воинов оттолкнули плот от берега длинными шестами и заставили фалдаров развернуть его поперёк течения. После этого мы медленно двинулись через реку.
Несмотря на то, что животные бесстрашно гребли к противоположному берегу Чилатгура, противодействуя течению, нас все равно постепенно сносило к обломкам разрушенного моста. Когда же до них оставалось не больше полусотни метров, я заволновался. Столкнуться с плитами было не страшно. Но, если нас понесёт дальше к водопаду, где течение было гораздо сильнее, нам не поздоровится.
Благодаря умелому руководству Рене, фалдары прибавили ходу и вскоре выплыли на мелководье. Они протащили плот до самого берега и, фыркая, остановились.
Рене первым спрыгнул на мягкую почву и поманил меня за собой.
— Пойдём, покажу тебе одно из природных чудес этого мира.
Я последовал за ним по кромке берега, свободного от растительности. Вскоре мы вышли на скалистый край отвесной пропасти, которая уходила вниз на невообразимую глубину. Здесь перед нами раскинулся великий южный каньон, простиравшийся в длину и в ширину на огромное расстояние. Именно сюда и падал Чилатгур.
С гулким шумом водопад сливал бурлящий речной поток в небольшое голубое озеро, где вода пенилась и сверкала в лучах полуденного Сауртана. Вокруг клубился туман, состоявший из мелкой водяной взвеси, а над ним висели сразу две радуги. Зрелище было потрясающим!..
Некоторое время мы молча смотрели вниз, и я не в силах был оторвать взгляд от этой завораживающей красоты. Голова слегка кружилась. Захотелось шагнуть вперёд и вместе с водопадом нырнуть в радужное озеро, чтобы раствориться в нём на миг, или навсегда.
— Ээ, Сандр, ты куда собрался!.. — резко окликнул меня Рене, схватив за куртку. — Я думал — на тебя здешние чары действовать не будут. Хотя, это вовсе никакое не волшебство, а что-то совсем другое. Какое-то психическое наваждение. Такое со многими бывает, но местные легенды приписывают этот феномен волшебным чарам каньона. Вроде бы, он даже зовёт к себе, когда стоишь на краю водопада.
Ты сейчас ничего не слышал?
— Нет, — мотнул я головой, — Но ощущения были странные и очень даже манящие.
Ты специально меня сюда привёл, чтобы это проверить?
