Полсотни человек не могут идти тихо, но сейчас удивительным образом в лесу не слышно было шума, шелеста и шумного дыхания нескольких десятков людей, идущих в бой. Максим, понимая, что в первой фазе боя они помочь лейтенанту с его бойцами не смогут, шли во второй группе. Сосновский на ходу быстро объяснил полковнику, что происходит. Он тут же схватил Михаила за ремень и принялся убеждать его, что ему необходимо идти к немецкому офицеру, отвлечь его, чтобы атака была эффективной. Шелестов, когда Сосновский перевел ему слова Боэра, с сомнением осмотрел на немце мятое и несвежее обмундирование с майорским погонами, которое еще было ему чуть маловато. И тогда Михаил ругнулся, сдирая с себя маскировочный костюм, под которым у него тоже все еще был немецкий офицерский мундир. Максим кивнул. Использовать надо любой шанс, даже минимальный. А в такой ситуации никто не знает, какая минута будет решающей. Тем более когда лимит времени просто невероятный. Он подозвал двух солдат, которые тоже все еще были переодеты в немецкое обмундирование, и быстро объяснил им задачу. Те кивнули, с готовностью снимая с плеч трофейные «шмайсеры». Шелестов догнал Морозова и в двух словах сообщил об изменении плана. Тот выслушал и молча кивнул.
Унтер-офицер обернулся к лесу, удивленно уставившись на двух майоров вермахта, вышедших из леса в сопровождении двух солдат. Выглядели они устало, как будто выдержали нелегкий бой, а может быть, и не один.
– Лейтенант, мне нужна ваша помощь, – громко объявил Боэр.
– Герр майор, – лейтенант козырнул, унтер-офицер последовал его примеру, в добавок вытянувшись как струна.
– Есть в вашем подразделении поблизости радиостанция? – не дал договорить лейтенанту Сосновский, демонстрируя тоже берлинское произношение.
– Прошу простить, герр майор, – лейтенант сделал строгое лицо. – Но я должен проверить ваши документы. Это зона проведения особой операции. Мы ищем русских. Они целым подразделением пытаются пробиться на восток к своим.
– Мы что, похожи на русских? – расхохотался Боэр и посмотрел на Сосновского. – Лейтенант, вы с ума сошли? Вот мои документы… Подержите.
Немецкий лейтенант ожидал всего чего угодно, наверное, и сопротивления, появления русских, но никак не этого смеха, чистого немецкого языка и просьбы майора.
Боэр после просьбы подержать, неожиданно снял фуражку и протянул лейтенанту. И тот машинально взял ее. Это был условный сигнал. Смех двух офицеров был сигналом приготовиться для своих и способом дать понять немцам, что перед ними действительно немецкие офицеры. Мотоциклисты, видя, что офицеры смеются, тоже несколько расслабились. Наверняка вокруг леса много разных подразделений и из разный частей, кого в спешном порядке оставили здесь для поиска и уничтожения советских солдат.
И в этот момент на опушке раздался грохот автоматных очередей. Немецкий лейтенант и стоявший рядом унтер-офицер успели только в испуге вытаращить глаза. Но Сосновский и Боэр вскинули автоматы и короткими очередями расстреляли обоих, а потом бросились в сторону, чтобы не попасть под свои и немецкие пули. Мотоциклисты валились на землю с сидений, кто-то не успел даже выбраться из мотоциклетной люльки или схватиться за рукоятку пулемета. Несколько немцев успели ответить огнем, но были мгновенно убиты. Меткими выстрелами из винтовок были убиты и двое саперов в поле неподалеку от машины.
Все! Шум боя пронесся по опушке и окрестным полям. Теперь жди гостей, и времени на остальные действия было очень мало. Морозов выбежал на середину дороги, раздавая приказы. Четверо саперов быстро осмотрели немецкую машину, вытащили несколько щупов и поспешили к минному полю, где лежали два убитых немца. Несколько бойцов, имеющих опыт обращения с минами, подхватили извлеченные немцами мины из кучи, сваленной у дороги, рассовали по карманам детонаторы и с лопатками поспешили по дороге влево и вправо. Поставив несколько мин, возможно, они на какое-то время задержат врага, а может, и лишат его бронированной техники. Машину завели и отогнали, бросив поперек дороги. То же самое сделали с мотоциклами. Их составили поперек дороги, открыв у каждого мотоцикла бензиновый кран, чтобы бензин стекал из бака на землю. Автоматчики и стрелки устраивали позиции в канаве у минного поля, за крайними деревьями на опушке. Саперы довольно быстро продвигались по полю в сторону окопов. Возле каждой найденной мины они вбивали лопаткой колышек.
– Максим Андреевич! – лейтенант подошел к Шелестову и попросил довольно строго, почти тоном приказа: – Прошу вас вместе с саперами первым войти туда, в блиндажи и доты, осмотреть, оценить, в каком состоянии укрепления. Не исключаю, что нам предстоит там принимать бой.
