Жители глубинных южных районов, где им было разрешено голосовать, в подавляющем большинстве отдали свои голоса за сторонника жесткой линии сецессии Джона К. Брекинриджа. (Так же поступили и законодатели Южной Каролины, которые не соизволили предоставить населению роль в выборе главы администрации). Брекинридж победил во всех штатах, находившихся под контролем Юга, в то время как умеренные кандидаты, такие как Джон Белл и Стивен Дуглас, получили лишь несколько округов, большинство из которых располагались вокруг Атланты, города с большим числом жителей из-за пределов региона. Линкольн даже не появился в избирательных бюллетенях в штатах, контролируемых глубоким Югом.
После победы Линкольна Южная Каролина первой вышла из состава Союза. Единственными штатами, присоединившимися к нему до инаугурации Линкольна, были штаты, контролируемые глубокими южанами: Миссисипи, Алабама, Джорджия, Флорида, Луизиана и Техас. 8 февраля 1861 года эта коалиция глубоких южан собралась в Алабаме, чтобы сформировать новое правительство. Прибрежные и аппалачские штаты не присоединились к ним, предпочтя, как мы увидим, сформировать собственную конфедерацию.
Если бы в апреле 1861 года южане не начали нападать на федеральные почтовые отделения, монетные дворы, таможенные суда, арсеналы и военные базы, они вполне могли бы договориться о мирном выходе из состава Союза. Действительно, до штурма форта Самтер ополченцами Южной Каролины Янкидом был изолирован, не имея ни одного национального союзника в своем стремлении подавить восстание южан силой. Президент Линкольн пообещал не провоцировать открытую войну, даже отказавшись сдать американские военные базы в регионе. Когда в форте Самтер, охранявшем гавань Чарльстона, закончились припасы, Линкольн проявил осторожность: он отправил продовольствие, но не оружие и боеприпасы, и заранее уведомил об этом Южную Каролину. Если конфедераты глубокого Юга атакуют форт или груз помощи, они могут оттолкнуть сторонников урегулирования путем переговоров в Аппалачах, Мидлендах и Новых Нидерландах, и этот факт был хорошо известен в правительстве Конфедерации. "Не будет никакого компромисса с сецессией, если северяне будут вынуждены начать войну", - предупредил президента Дэвиса государственный секретарь Конфедерации Ричард Лэтерс. "Первая же вооруженная демонстрация против целостности Союза или достоинства флага заставит этих антагонистически настроенных партизан встать в одни патриотические ряды для защиты обоих [и] приведет каждого человека на Севере, независимо от его партийной или секционной принадлежности, к поддержке правительства и флага своей страны". Дэвис, уверенный в том, что три вышеупомянутые страны встанут на сторону Конфедерации во время войны, проигнорировал совет Лэтерса. Это окажется одним из худших просчетов в истории Северной Америки. 9
До нападения на форт Самтер Новые Нидерланды охотно поддерживали позицию Глубокого Юга. Напомним, что Новые Нидерланды познакомили континент с рабством и полагались на рабский труд вплоть до начала XIX века. В 1790 году в фермерских графствах региона - Кингс, Куинс и Ричмонд - доля белых рабовладельческих семей была выше, чем в Южной Каролине. В основе культуры региона лежала терпимость, а не мораль, в том числе и терпимость к рабовладельческому строю, и, если бы она была предоставлена самой себе, она, вероятно, никогда бы не запретила эту практику. К несчастью для жителей Новых Нидерландов, к XIX веку они потеряли контроль над правительством штата Нью-Йорк в пользу янки, которые к 1827 году отменили рабство. (Новонидерландцы лишь в небольшой степени удерживали власть в Нью-Джерси, где в середине века все еще насчитывалось семьдесят пять порабощенных человек). Но если штат в целом был аболиционистским, то его крупнейший мегаполис - нет. Беглых рабов и свободных негров постоянно похищали многочисленные нью-йоркские "черные дрозды" - охотники за головами рабов, которые отправляли своих жертв на плантации. Городские купцы и банкиры имели обширные связи с рабовладельцами Южного и Тидуотерского побережий и не желали, чтобы эти связи прерывались. Как писала местная газета Evening Post в 1860 году, "город Нью-Йорк принадлежит Югу почти в той же степени, что и Северу" 10..