Еще через несколько мгновений ханур плюнул на кусты и вприпрыжку взлетел на моё плечо. Я же обстоятельно достал вторую часть полетного комплекта в виде меховых куртки и штанов, влез в него сам, и Пончик мышью юркнул за пазуху.
Успел. Одеться успел. Ветер дернул за одежду так, что я упал на карачки. Вот как стоял, так и свалился. Гая толкнуло, и он тоже не устоял на ногах, растянулся на пожухлом мхе рядом со мной.
Горевшие ели задуло как свечные огарки.
Подзаборной шавкой взвизгнул ветер и через миг завыл-заскулил тысячью волчьих глоток. Ударил стужей, сыпанул снежной крупой, и вот уже белая поземка струями потекла по болоту меж горелых стволов. Вода вокруг нас замутнела, подернулась пеленой, покрылась прозрачной коркой и по нашим спинам понеслась злая пурга.
— Зато-о!.. Тепе-ерь!!!.. — заорал я, еле-еле перекрикивая многоголосый вой, и мой крик понесло вслед снежной поземке.
Гай пригибал голову к земле, пряча лицо от снежных иголок. Но оказалось, настырности ему не занимать, и он прокричал:
— Видно-о! В какой мы заднице-е!!!
— Лё-од! Вете-ер в спину-у! Бежи-и-им!!!
1
— Вам бы книги писать, дорогой. Вы очень красочно описали атмосферу, которая царит на Северных Островах, общее настроение и подготовку к возможной войне. Вы выяснили сколько добыто медной руды, и даже какие контракты заключены с Дараем на поставку изделий из синей меди. Не отрицаю, это серьезная и кропотливая работа. Но вы мне не сказали главного, то, ради чего я вас посылал к эльфам. Лично. — Калин Первый с интересом рассматривал мага, стоявшего напротив. Статен, широкоплеч, красив. Глаза ярко-зеленого цвета, редкие для людей, смотрят смело и открыто. И это несмотря на то, что их обладатель прекрасно знает: в любой момент он может скрутиться дохлым червяком у королевских сапог. — Если им так не хочется возвращать чеканы, то почему они до сих пор не попытались хотя бы выкрасть наследников? Они что же, забыли о детях?
Разведчик медлил с ответом.
— Сир, — он все-таки опустил взгляд, — у меня есть сведения, что у них только два чекана. И где восемь пропавших из дворцовой сокровищницы они не знают.
Кроль прищурился. Это обращение «сир» осталось еще с тех времен, когда гномы имели полноправную власть. Это они были любителями коротких и емких обращений к вышестоящим, и совсем не считали подобное поведение оскорбительным. После их исчезновения многое потерялось во времени, кое-что вытравилось намеренно, но иногда, как вот сейчас, проскальзывает всеми забытое дурное наследие. Надо покопаться в родословной этого молодца.
— Но два у них все-таки есть. В чем причина медлительности? Я ведь могу передумать обменивать жизнь на серебро. Надеюсь, вы сделали всё, чтобы эльфы узнали, что у проливов уже собирается наемная армия.
— Да, им это известно. Правда, о масштабах они не догадываются. Но… — мужчина умолк.
— Но?
— Слухи. И я бы не хотел показаться смешным…
Эти слова Калина развеселили.
— Ну, что вы, мой друг. Это ваша работа собирать слухи и выдумки, и находить в них горчичные зерна правды. Жалование вы получаете именно за это.
Но мужчина остался серьезен.
— Насколько я осведомлен, Кальд Третий ждет… дракона, — агент приготовился к тому, что король сейчас рассмеется, но Калин опять сузил глаза.
— Вот как. И когда?
— Дату мне установить не удалось, но речь шла о месяце. Или чуть больше. Они надеются получить поддержку дракона в совместных действиях против Вессалии. Вы думаете, что…
— Что думаю я, вас интересовать не должно, — Калину, наконец, надоело показательное отделение короля от королевства. Впечатление, что этот франт намеренно возводит в высшую степень государство, а не его правителя, только усилилось. — Это я задаю вопросы. Вы на них отвечаете. Даже если для ответов понадобиться ваша жизнь. Надеюсь, дважды мне это повторять не придется. Давайте уточним. Вы сказали «дракона». Эльфы ждут одного?
— Предсказание. Кунги были у шаманов Ульгара.
Вот теперь королю по-настоящему стало весело. Он расхохотался искренне, не сдерживаясь, так, что колыхнулись занавеси на высоких арочных окнах.
— Ха-ха-ха!— Калин смеялся взахлеб. — Хо-ох! Надо же! Ульгар! Ну, повеселили, дорогой мой, повеселили. — Он, вытирая слезы, отмахнулся. — Идите. И перенесите всё, что тут наговорили на бумагу. Это будет гвоздь в крышку гроба нашему аналитическому отделу.
Глядя вслед выходящему агенту и продолжая посмеиваться, Калин встал. Любимое красное кресло скрипнуло. С досадой подумал, что оно рассохлось, надо пригласить столяра, да распорядиться, чтобы в котельной не так старались. Холода как таковые еще не наступили, а они уже кочегарят вовсю. Только уголь зря прожигают.
Вежливый, но громкий стук в дверь развеял задумчивость короля, и, получив разрешение, в кабинет быстро вошел юноша в форме королевской почтовой службы. Без единого слова поставил на письменный стол клетку, поклонился и так же быстро вышел.
