— Неправда! — Инна выглядывала из-за спины Дашиного папы. — У меня случайно выпало из руки, а она налетела на меня!
— Бабушка, не верь ей! Она лжет! — Алена пыталась вырваться, но Анна Владимировна крепко держала ее за руки.
— Это ты врунья! — кричала Инна.
— Так кому мне верить? — спрашивала Анна Владимировна.
— Алена говорит правду, — Марина тихо подошла к женщине. — Инна сделала это специально. Она очень плохо себя ведет. И все время пытается всех поссорить. Бабушка Аня, я говорю чистую правду. Кстати, Кирилл тоже все видел, но он вряд ли скажет вам честно.
Анна Владимировна заглянула в чистые невинные глаза Марины — такие огромные, что, казалось, вся вселенная может уместиться в них.
— Кирилл, ты видел, что произошло?
Он стоял, прислонившись к забору, и, опустив глаза, молча рассматривал свои грязные ногти.
— Так, мне все понятно, — Анна Владимировна сделала глубокий вдох. — Во-первых, Инна, мне придется поговорить с твоими родителями. Очень серьезно поговорить, — ее голос приобрел металлический оттенок. — Во-вторых, если ты не умеешь дружить, значит, вам стоит прекратить общение с девочками и найти себе новую компанию, в которой тебе будет комфортно.
Позже Алена спросила у бабушки, почему Инна ведет себя так. Анна Владимировна сразу же дала ей ответ, над которым девочка ломала голову еще много месяцев, и ей даже стало жалко Инну и Кирилла.
— Их родителям нет дела до детей. Им неинтересно с ними. Дети все время одни, они скучают по маме и папе, хотя даже и не могут объяснить это словами, — сказала она тогда.
— Они их не любят?
— Любят, но по-своему, — задумалась Анна Владимировна. — Детям нужны мама и папа, ну и иногда еще бабушка с дедушкой, а не свобода и вседозволенность. Понимаешь?
— Наверное, да, — неуверенно ответила Алена.
— Вот смотри, если бы я тебе разрешала не кушать, гулять, сколько хочешь, не чистить зубы и не помогать мне, но при этом не обращала бы на тебя никакого внимания, ты бы хотела так жить?
— Конечно, нет!
— Вот и они не хотят, поэтому и злятся, сами не понимая, на что.
— Ясно, — тихо сказала Алена. — Бабушка, может, ты поговоришь с мамой Инны и Кирилла и попросишь ее посильнее любить своих детей?
— Я бы с удовольствием, котик, но разве можно заставить любить сильнее?
— Может, она просто устала и забыла?
— Может. Взрослые много работают. Зарабатывают деньги, — она тяжело вздохнула. — Но я уверена, что они любят своих детей.
Услышав эти слова, Алена немного успокоилась. Она еще долго думала о том, как можно мало любить своих детей.
Анна Владимировна увела Алену домой. Она долго разговаривала с ней о ее поступке, пытаясь донести до внучки, что спор не надо решать кулаками. Девочка покорно слушала, опустив голову. Она не любила расстраивать бабушку, поэтому сейчас ей было очень стыдно перед ней.
— Бабушка, и ты теперь не пустишь меня на костер? — в глазах девочки стояли слезы.
— Отпущу, если ты пообещаешь больше никогда не драться!
— Никогда?
— Никогда.
— Даже совсем чуть-чуть?
— Да.
— Хорошо… — Алена тяжело вздохнула.
В другой день она бы, наверное, не дала этого обещания, но сегодня под угрозой срыва оказался костер и их забег.
— Я буду держать себя в руках. Я буду очень стараться.
— Вот и отлично. А теперь иди переодевайся. Тебя уже ждут подружки.
Алена выглянула в окно. Инны с Кириллом не было. На заборе висели Даша, Таня, Валя, Марина и Саша. Алена помахала им рукой и побежала переодеваться. Она с грустью посмотрела на перепачканный травой комбинезон и достала из шкафа чистые шорты и майку. Через две минуты девочки уже вместе неслись по переулку.
В начале одиннадцатого на улице начало темнеть. Черные облака, как одеяло, укрывали солнышко, укладывая его в теплую кровать. Вскоре на небе зажегся ночник. Сначала один, потом второй, третий, четвертый… Через полчаса маленькими лампочками было увешано все небо, и солнце окончательно уснуло, безмятежно посапывая. Облака то и дело покачивались из стороны в сторону, все сильнее затягивая небо ночным пледом. Девочки дружной толпой стояли на углу улицы и что-то весело обсуждали. Увидев приближающуюся банду мальчишек, они умолкли и стали наблюдать за ними. Впереди шел Ленька с Женей, позади браво вышагивали еще пятеро ребят. Подойдя вплотную к девочкам, Ленька заговорил первым.
— У меня для вас сообщение, — с серьезным видом сказал он. — Мы с ребятами посовещались и решили предложить вам временное перемирие.
— Это еще как? — фыркнула Алена, сделав шаг вперед.
— Мы решили дать вам шанс. По крайней мере, сегодня. А дальше все будет зависеть от вашего поведения.
— Ничего себе! — засмеялась Алена. — То есть это мы затеваем с вами ссоры? По-моему, это вы провоцируете нас!
— Так что, вы согласны? — он проигнорировал ее замечание.
Девочки переглянулись между собой. В их глазах не было злости, наоборот, красивые черты лица, размытые в ночном мраке, передавали интерес и любопытство.
— Хорошо. Но и мы даем вам шанс! Если вы обидите нас, то мы больше никогда не будем с вами общаться.
