Дары маготворцев полностью

– Эйден не знает, что из себя представляет этот мир. Понятия не имеет, сколько опасностей его ждёт. Он редко покидал родной дом. И торговать мы его почти не брали. Только недавно, из-за болей в спине у мужа, ему пришлось самостоятельно начать ездить на рынок.

– Эйден – это его имя? – спросил Симеон.

– Да, государь.

– Описать его можете?

– Он высокий. Рост, как у меня, – начал мужчина. – У него бледная кожа, рыжие волосы, голубые глаза…

– Вы же понимаете, что так мы его вряд ли найдём? Высоких людей полно в Кватеррии, рыжих и голубоглазых тоже предостаточно. Есть ли у него какие-то особые приметы? Что выделяет его на фоне остальных?

– Наш сын часто горбится. А ещё на его левом запястье есть крупная родинка, похожая на летучую мышь. Он стыдится её, поэтому рукава на его рубахе всегда раскатаны.

– Уже лучше, – сказал Симеон, взъерошив волосы на макушке. – Хорошо. Мы поищем вашего сына на территории Морабатура. Поспрашиваем стражу да торговцев. Вдруг те видели его.

Родители Эйдена принялись кланяться.

– Благодарим вас, Ваша милость, – сказала женщина, вытирая слезы.

– Мы сообщим о результатах поиска при следующем вашем визите.

Гвардейцы проводили мужчину и женщину к выходу. Как только они исчезли, Симеон обратился к Грэгори.

– Ты всё слышал?

– Да, господин.

– Займись этим, – приказал Симеон. – Попробуем им хоть чем-нибудь помочь. А то они плоховато выглядят. Того и гляди сведут себя в могилу излишним беспокойством.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – ответил Грэгори и отправился выполнять приказ.

Вскоре в тронном зале опять появился Ачилл.

– Как успехи? – поинтересовался Симеон.

– Мы отправили по деревням одиннадцать телег с пшеницей, сир. Завтра приготовим ещё столько же. Все нуждающиеся смогут воспользоваться нашими запасами.

– Что-то ещё?

– Да, Ваше Величество, – ответил Ачилл. – Прибыл гонец из Аурума. Доставил ящик и письмо. Ящик скоро принесут сюда, а письмо я сам забрал. Держите.

Симеон взял в руку письмо и стал распечатывать.

– Крессиде уже сообщили? Она ждёт не дождётся новостей о сыне.

– Да, сир. Я отправил к ней служанку.

– Благодарю. По правде говоря, я и сам соскучился по Каллену, – усмехнулся Симеон.

Развернув пергамент, он стал его читать.

Приветствую тебя, Симеон.

Правильней было начать со слов почести и уважения, но я не испытываю к тебе ни первого, ни второго. Так что извини.

Мы успешно добрались до королевства. Проблем в дороге никаких не возникло.

К глубокому сожалению, мне доложили о том, что за время моего отсутствия на территории Морабатура пропали ещё три поисковых отряда. Ты не представляешь, насколько меня поразила данная новость.

Я хочу напомнить тебе о нашем уговоре. В ночь перед убытием я сказал тебе, что он прекратится, если на моих людей продолжат нападать. Выходит, грош цена твоим обещаниям, не так ли? Правда, расплата за подобные ошибки всегда бывает велика.

У меня не остаётся другого выбора. Аурумцы жаждут крови за погибших собратьев. Поэтому я объявляю Морабатуру войну и сообщаю тебе об этом лично, Симеон.

В отличие от тебя, я не разбрасываюсь словами понапрасну. У меня есть свой знак подтверждения, и он сейчас лежит в этом ящике.

Аурум потерял более сотни воинов. Как думаешь, стоят ли они жизни одного юного принца?

На письме стояли печать и подпись Родерика.

– Где ящик? – крикнул Симеон.

– Что с тобой? – удивился Ачилл. – Что там написано?

Симеон побледнел. Его подбородок затрясся. Вены на висках запульсировали.

– Он не посмел бы этого сделать…

– Что сделать? Ты скажешь мне, наконец, что написано в этом проклятом письме?

– Нам объявили войну, Ачилл.

– Быть того не может, – возмутился советник. – Чем он это обосновал?

– Как и раньше – нападениями.

– Он обезумел! Мы ведь не причастны к ним.

В дверном проёме тронного зала появились двое гвардейцев. Они внесли ящик, поставили его в центре и ушли.

– Что это за следы на нём? – спросил Симеон.

Ачилл подошёл к ящику ближе и всмотрелся в него.

– Похоже на кровь, – ответил советник.

– Открой его, – приказал Симеон.