– Ты говоришь неправильно. Правильно – Ксольвунтури. Это наш прародитель. Отец альбалов. Он умер, и появились мы. В этом заключается закольцованность жизни. В этом и есть смысл нашего существования. Жизнь ведёт тебя к смерти. Твоя смерть даёт другому жизнь.
– У людей всё по-другому. Вита…
– …дарит жизнь. Рэм показывает её прелести и недостатки. Мортем забирает умерших. Да, мы знаем человеческих Богов. В отличие от вас, мы чтим нашу общую историю. Мы помним те времена, когда люди и альбалы жили бок о бок друг с другом. Помним, как сражались плечом к плечу. Люди всё забыли. Мы – нет.
– Мы тоже чтим историю, – возразил Дилан.
– Разве? Скажи мне, знал ли ты о нашем существовании до сегодняшнего дня?
– Иногда мой друг рассказывал мне про подземные города и про их обитателей. Только вживую оказалось всё совсем иначе. Не так, как он говорил, или не так, как я себе представлял.
– То-то же. Мы для вас мифы. Мой народ мог запамятовать о том, как выглядят люди, но не о том, кто они такие. А вы, я уверен, позабыли о нас и то и другое. Впрочем, не только об альбалах. Та вещь, которую ты держишь в левой руке… Ты знаешь, что это такое?
– Это камень моей матери.
– Фонзи сказал мне, почему он привёл тебя к нам. Альбалы снова стали свидетелями магии. Спустя сотни лет. Он сказал, вода поднялась из озера. Она убила тех, кто желал тебе смерти. Как ты это сделал?
– Точно не знаю. Я просто подумал об этом. Представил на мгновение, как всё происходит.
– С тобою раньше подобное случалось?
– Да. Я не придавал этому значения. Думал, что мне померещилось.
– Румелир, – сказал Уилфри. – Именно так нарекли этот камень.
– Он позволяет своему владельцу управлять водной стихией, – подхватил король альбалов.
– Вы хотите сказать, если я подумаю о воде, она тут же появится?
– Ты не можешь создать её из ниоткуда. Просто так. Она должна быть рядом с тобой.
– Есть и другие камни, верно?
– Верно. Мы знаем лишь о нескольких. Игнезит наделяет обладателя огненной мощью. Клэйпэус защищает своего хозяина от всякого воздействия извне. Фугат позволяет плавать по воздуху, а Эдвентин – видеть то, что ещё не случилось. Их называют Дарами маготворцев. До сегодняшнего дня мы были уверены, что они все уничтожены.
– Зачем их уничтожать? Их создали, чтобы помогать людям, упростить им жизнь, не так ли?
– Вместо этого они приносят сплошные беды, – возразил Эдгари Чинис. – Они развращают своих владельцев. Отравляют им разум. Заставляют стремиться к могуществу и никого не жалеть на пути к нему. Ты слишком мало знаешь. Мы знаем больше.
– Но ведь ими можно управлять. Сегодня камень сделал то, что я представил, а не то, чего он захотел сам.
– В неумелых руках Румелир опасен, – сказал сапитир.
– Наши предки боялись его возможностей, – признался король. – Он принёс альбалам много несчастий. Теперь у нас есть повод снова возвратиться к нашему страху.
– Я хочу научиться его контролировать. Уверен, у меня получится.
– Ты должен отдать его нам. У нас…
– Нет, – возмущённый от такой наглости Дилан перебил короля альбалов, ещё крепче сжав камень. – Он принадлежит мне.
В норе наступило молчание.
– Чтобы избавить всех живых существ от войн и страданий, необходимо собрать все камни и уничтожить их. Никто из тех, кому попал в руки хотя бы один из Даров маготворцев, не пожелает этого сделать. Никогда. Тяжело расставаться с такими предметами. Они наделяют властью.
– Есть человек, который поможет ему обуздать силу Румелира. Ты знаешь об этом, Эдгари.
– Я не могу рисковать жизнями своего народа.
– Ты рискуешь больше, оставляя его здесь.
– Я не причиню вам вреда, обещаю, – сказал Дилан.
– Хотелось бы в это верить, – безмятежно вздохнул король альбалов. Он решил, что правильнее будет сменить тему разговора, и спросил: – Я надеюсь, тебе у нас комфортно? Мы могли разучиться принимать людей за столь долгий промежуток.
– Да, всё в порядке.
– Хорошо. Если что-то будет нужно, скажи. Мы окажем тебе помощь.
Эдгари Чинис встал из-за стола, поставил стул на место и покинул нору, в то время как Уилфри всё ещё возился с ранами Дилана.
– Тебе здорово досталось, – сказал сапитир. – Альбалы сотню лет не видели людей, а теперь они им запомнятся облезлыми хромоногами с заплывшими глазами и способностью менять цвет кожи с фиолетового на жёлтый.
– И губами размером с томат?
– И ими тоже.
– Вам доводилось раньше встречать людей?
– Доводилось. Я был ребёнком, когда впервые повстречал человека. Не страшного, как ты. Красивого. Кажется, это была женская особь.
– А камни? С ними тоже сталкивались?
– Я часто слышал о них. Видел лишь однажды, если не брать в расчёт Румелир. Уже не помню его имени. То ли Сахрин, то ли Сакрит. Я так и не разобрался, в чём его сила. Из-за него ты просто теряешь связь с реальностью. Перестаёшь отличать действительность от вымысла. Не можешь понять, в своём ли мире находишься. Да, так он и работает. Его владелец сумел научиться мастерски с ним обращаться. Он творил с помощью камня настоящие чудеса. Мне сложно описать словами увиденное. Словно тебя перенесли в сон. Самый прекрасный и самый ужасный одновременно.
