Сил остается совсем мало. Подчиненные негласно разделяются на тех, кто “за”, и тех, кто “против”. Умелый очень осторожен. Не все свиньи такие. Но большинство тянется за ним в надежде на переворот. Снова прибывает народ Хмурого, их некуда девать — все плохо организовано, а про эту низшую касту даже Умелый с трудом говорит без омерзения. Есть, разумеется, несколько приемлемых — только мужчины, преуспевшие в боевом искусстве, охоте и темной магии. Но они крайне вспыльчивы, агрессивны и совершенно неразборчивы, словно на их глазах стерли все запреты и некому удержать их жажду похоти и разврата. Они разворовывают Лондон и его окрестности — а скоро, наверное, разворуют всю Англию — пробираясь по ночам в дома в поисках любых признаков волшебников и магии. И еще вещи. Они надевают на себя украшения — красивые костюмы и платья, выглядят при этом порой совершенно нелепо и неправильно, и в таком виде продолжают ночные нашествия. Но волшебники оказываются не такой уж простой добычей — они надежно спрятались, не без помощи мистера Макдея. А точнее — если бы не он, их бы давно уже нашли и доставили к Хмурому. Но человекоподобные черви каждую ночь погружаются все глубже под землю и рыщут все дольше.
Сегодня в Подземельях сгущается атмосфера. Свин чувствует это кожей. Водяные демоны охраняют его несчастного господина — мистера Малфоя. Умелый удерживается от нелестных комментариев в его адрес — некогда осуждать и обвинять. Только помощь и время — это все, что нужно Умелому, чтобы освободить Драко Малфоя из мучительного плена. Видит Третье Подземелье — осталось ему недолго.
— Вот этот поворот — самое оно. И склонишь голову, словно что-то унюхал, понял меня? — обращается Умелый к своему первому помощнику Льстивому. Тот быстро кивает, и Умелый продолжает: — Не больше пяти секунд. Потом сразу возвращаешься, но перед этим словно невзначай проверяешь, нет ли посланий от Слушателей.
— Мне прочитать их, сэр?
— Прочитай.
Маленький свин еще раз кивает, но медлит:
— А если там будет что-то важное?
— Важное сожрешь сразу! — нетерпеливо хрюкает Умелый. — Ничего! Слышишь меня? — он встряхивает маленькую свинью за плечи. — Ничего важного не должно достигнуть ушей Хмурого.
— Я понял, — пищит Льстивый и уходит выполнять задание, как бы невзначай держа крохотные часики с крышкой-зеркальцем в руке, обеспечивая себе безопасный путь со всех сторон. Нынче темные твари повсюду. Малфой-мэнор оказался отличным местом для создания перехода — подкопа к главному проходу в Мутные Воды. Черви постарались и довольно скоро вырыли тоннель. Теперь все твари пролезают сразу в мэнор. Умелый замечает абсолютно весь нанесенный поместью ущерб. Каждую трещинку и каждую разбитую вазу. Как и переломанные пальцы и ушибы на теле хозяина. Да, их много. Карлики не устают придумывать пытки — это их любимое занятие. Но наносимый урон стал гораздо меньше, благодаря браслету. Хоть что-то еще работает, хотя бы магия Посвященных еще не сдалась и в силе. Значит, Посвященные что-то делают. Умелый не успевает многое разузнать, теперь его главная задача — это мистер Малфой, ждущий передачу от Льстивого. И Льстивый справляется. Приказав склонить голову, Льстивый закрывает обзор от Луны и передает Малфою передачку с лекарствами. И несколько слов:
“Она знает. С ней оставили Грейс Камерон. Мы позаботимся о ее безопасности”.
Малфою запрещено отвечать, и ответа не последует. Льстивый спешит в свежевырытый отдел, где очень тихо. Сюда не пускают никого, кроме свиней Слушателей. Те имеют более выраженные уши и очень маленькие глаза — они им не нужны. Днем они спят — а ночью слушают. У них большие трубы, словно от саксофонов, которые ловят волны с Поверхности Мутных болот. И они жадно прижимают к трубам уши, ловя от фальшивой луны любую рябь, которая может быть важной, и только от тех, кто под Надзором. Имена и локации каждый день обновляются. И сегодня Льстивый проверяет сообщения. Они нашли место, где “резко повысилась активность”. Разумеется, речь идет только о магической активности. Свин сжирает пергамент и поспешно удаляется, не забывая о крохотном зеркальце. Отражение несколько дрожит — но он справился, и теперь можно гордиться собой. По пути ему встречаются несколько карликов. Те, как обычно, ворча на своем противном крякающем языке, тащат в руках очередной громоздкий аппарат для пыток. Свин против воли испуганно хрюкает и тут же осознает, что ему придется выполнять подобное задание еще как минимум несколько раз.
Это всегда больно. Она часто ему повторяла: “Терять друзей, свободу, честь… Всегда надо знать — все когда-то закончится, как бы больно ни было”. И после недолгого молчания добавляла: “И терпеть”. Драко знал — в этот момент она боролась со слезами. Это были темные дни. Отца забрали в Азкабан, и вроде бы теплилась надежда, что это ненадолго. Но оказалось — надолго…
