Когда Адам сообщил Валери, что у Клер есть сын, что ему двадцать один год, он красивый и образованный, она первым делом спросила: «Что ты будешь делать, если она в него влюбится?» Он помнил, что ей тогда ответил: «А если это самое лучшее, что с ней может случиться?» Вырваться из пут национальной идентичности, избавиться от навязчивой идеи «только свои», переосмыслить себя, перезагрузиться, оказавшись рядом с другим человеком, совсем на тебя непохожим. Валери тогда вздохнула.
– Я знаю друзей сына, – сказала Клер Миле, – ты приятно проведешь вечер.
Мила надела черную парку и подошла к Александру, ждавшему ее у дверей гостиной. Он считал Милу непривлекательной и пытался придумать для друзей объяснение, почему привел
Адам объявил, что сейчас вызовет им такси. Александр некоторое время стоял и рассматривал гостиную: диван, который, как они хвастливо заявили, они купили в «ИКЕА», «пока не найдем что-нибудь получше», деревянный стол, подержанные стулья, купленные по случаю, и сотни книг, захвативших чуть ли не все пространство. Уже направляясь к выходу, он заметил несколько фотографий в рамках, выставленных на полке книжного шкафа: Клер и Адам, целующиеся перед капотом машины, несколько снимков Милы и Ноа. Его взгляд стремительно пробежал по всему ряду. Его фото не было, ни одного. Когда Александр шел к лифту в сопровождении Милы, укутанной в парку, он услышал за спиной голос Адама: «Позаботься о ней».
Следует помнить, что правильное понимание людей – это не жизнь. Жизнь – это их неправильное понимание, все большее в него углубление, добросовестный пересмотр своих умозаключений и снова неправильный выбор. Заблуждения – вот что позволяет нам жить дальше.
