– Это вдохновение.
– Не вижу разницы.
Он помолчал.
– Нет. Нет, доктор. Вы ошибаетесь!
Она хотела спросить, почему, но не успела.
– Господа, – сообщил вернувшийся из уборной Маллоу, – по-моему, творится что-то не то. Гертруда приняла какой-то звонок и побежала на улицу. Теперь профессор бегает по квартире. Гертруда бегает по квартире. Кухарка бегает по квартире. Все бегают по квартире.
– Клаус тоже бегает? – поинтересовался Саммерс.
– Да его нет.
Маллоу приоткрыл дверь и некоторое время смотрел в щель.
– Будь я проклят, профессор собирает вещи.
После этого он отодвинул плевательницу и вышел в коридор. Было видно, что он только тихонько притворил дверь, придерживая ее рукой и готовясь шмыгнуть обратно. Он стоял так непонятно зачем. И вдруг стало слышно, как горничная тихо шепчет:
– У господина профессора неприятности.
Маллоу втащил ее внутрь.
– В больнице сказали, – зашептала Гертруда, – что им интересовалась полиция: на него показала какая-то женщина. Из новых! Она пригласила газетчиков и потребовала вызвать полицию. Полиция была в больнице. Я увольняюсь. Большой скандал!
Маллоу выпихнул девчонку назад и исчез вместе с ней.
Лицо доктора было непроницаемо.
– Вы? – коротко поинтересовался Саммерс.
– Нет.
– Да бросьте.
– Вообразите, не я.
– Ну, конечно. Поняли, что я не остановлюсь? Влезли тихой сапой?
– Мистер Саммерс.
– Доктор Бэнкс, я отлично знаю, как вам хочется пролезть первой. Решили форсировать события, да? А вы подумали о том, что загнали нас в ловушку? Это в Америке я могу повесить на дверь табличку «Частный детектив» – и заниматься сыском. А здесь у меня потребуют лицензию. Без нее я буду никто. И мне не поможет тот факт, что у нас в стране, мол, все по-другому. Пока у меня в руках нет неопровержимых доказательств – дело тухлое!
Он ходил из стороны в сторону.
– Я черт знает кто. Проник в частные владения. На меня можно повесить что угодно. Что, наломали дров?
– Мистер Саммерс! – зарычала доктор Бэнкс.
– Господа, господа! – вернувшийся М.Р. Маллоу встал между ними. – Держите себя в сухом и прохладном виде.
– Я вам еще раз говорю, что я этого не делала.
Двое джентльменов посмотрели друг на друга.
– Ладно, – Дюк примирительно поднял ладони, – ладно. Предположим, есть еще какая-то женщина, которая могла это сделать. Сейчас это неважно.
Он перевел дух и сказал:
– Сюда едут из психушки. Он сказал, как можно скорее. Забрать, э, буйную пациентку.
– Что? – ахнула доктор, но Саммерс схватил ее за руку.
– Да, – Маллоу зажал нос и изобразил телефонный разговор. – В бреду преследования устроила скандал. Позвонила в больницу, сделала ложный донос и потребовала вызвать полицию. Напугала других пациентов.
– Кого? – поперхнулся Д.Э. Саммерс.
– Нас, сэр. У нас тяжелый рецидив. Психоз. У нас у всех психоз. Нуждаемся в срочной изоляции.
Саммерс закусил губу.
– Сколько нужно времени, чтобы доехать сюда от психушки?
– Час.
– Проверял?
– Да.
– Надо связаться с Фрейдом. Отстучи отцу, чтобы позвонил на Берггассе и назвал мое имя. Обязательно назвал мое имя, это важно! И Юнгу тоже. Скажи, я прошу их быть свидетелями!
Маллоу передавал отцу радиограмму.
Доктор молча смотрела, как он ползает у аппарата. Потом сказала:
– Что теперь делать? Бежать?
– Как, то есть, что? – Дюк поднял голову. – Звонить в полицию. От нас до ближайшего участка четверть часа прогулочным шагом.
План его был таким: часа как раз хватит, чтобы позвонить в участок из будки на улице, съездить в мастерскую за «Слепой Лошадью» и вернуться. Ехать всем не нужно, чтобы невзначай не упустить полицию. Полицию нужно перехватить и первыми изложить все. Поэтому кое-кто едет, а кое-кто остается. Лучше всего, чтобы эти кое-кто пересидели в подвале – у самой лестницы. Это позволит видеть, слышать и перехватить полицию, как только она появится. В случае опасности убежать и выбраться по лабиринту из одного из соседних домов.
Компания, наконец, пришла к согласию. Саммерс хотел одеваться, но компаньон швырнул ему халат.
– Нет времени.
Саммерс завязал пояс.
– Мы здесь по личному делу. Мисс Дина Студебеккер недавно переехала в Вену из Соединенных Штатов. И пропала. Она подруга моей сестры. Ну?
Он посмотрел на товарищей.
– Есть некоторая разница по сравнению с этими же словами, сказанными на осмотре в сумасшедшем доме, – признала доктор.
– Wieder hinaus ins strahlende Licht! – опять запел этот невыносимый тип. – Wieder hinaus mit frohem Gesicht!.. Grell wie ein Clown…
Дверь подвала открылась без всякого скрипа.
– Давайте спустимся, – прошептала доктор Бэнкс. – Надо проверить, не там ли Клаус. Нельзя ничего упустить!
Они спустились и Саммерс пошарил в нише. Тусклый огонек свечи показал, что кроме них, никого нет. Лев спал в клетке. Пантеры не было. Там, где стояла клетка, не было ничего.
– Нам будет трудно что-либо доказать, – глухо сказала доктор.
