– Кель выражанс, мадемуазель! – обиделся Джейк. – Почему сразу бабник!
– А кто?
Он рассмеялся и встал.
– Эмми, слушай. Мне нужно переговорить с компаньоном. Но я быстро закончу и приду. Вы же ведь, – он все держал ее за руку, – завтра уезжаете?
– Да, – Эмми тоже встала. – Завтра.
Поездка в Вену обходилась компаньонам в последние тысячу семьсот долларов. Последние окончательно. Правда, доктор Бэнкс решительно и даже не без скандала настояла, что сама купит себе билет через Атлантику – но что могли изменить полторы сотни? Платья, туфли, пальто и необходимые мелочи для Эмми – вот что они такое.
Европа, черт возьми! Мальчишки даже не подозревают, как изменилось финансовое положение. Они по уши рады, что все вместе едут в Вену. Они ожидают, что старшие, как всегда, оплатят их расходы!
А миссис Маллоу…
На этом месте Дюк вцепился в свои кудри. Миссис Маллоу!
Каникулы в доме родителей были для двоих джентльменов тем еще испытанием.
Двенадцать лет назад, после долгого перерыва, М. Р. Маллоу написал родителям письмо. Ловко описал карьеру доброй газетной советчицы Джулии Дей, рассказал все нужное о знакомстве с фотографом Козебродски и умолчал обо всем ненужном, – короче говоря, вывернулся.
С этого момента начиналось нечто сложное, не поддающееся никакому разумному описанию.
«Владельцы бензоколонки» – вот единственное, что более или менее было понятно родителям из рассказов двоих джентльменов об их роде занятий.
«Эвент-мэнеджеры на Форда-Мотор» звучало непонятно, но респектабельно. Автомобильные гонки, в которых компаньоны время от времени участвовали, были в глазах мистера и миссис Маллоу только автомобильными гонками.
Ну, а «Рекламное бюро» и вовсе упоминалось редко. Проигранные тяжбы изобретателя имели одну-единственную причину: мистер Маллоу знал, как делается реклама. И потому никогда в жизни не одобрил бы, если бы узнал, что его сын встал на путь вранья. Не говоря уже о том, что он сказал бы, узнав,
Короче говоря, мистеру и миссис Маллоу не следовало знать правду.
А правда, сто крабов в задницу, так и лезла наружу – все эти двенадцать лет!
Самым ужасным были для М.Р. муки совести. Он уговаривал себя, что нет смысла говорить о том, что и так почило в бозе. Что какая разница. Что это никому не принесло бы пользы.
Но каждый раз, бывая у родителей, боялся не выдержать и проболтаться.
Кроме того, и миссис Маллоу всякий раз подливала маслица в огонь. Как расчувствуется после рождественского шампанского – между прочим, запрещенного законом шампанского! – и как начнет благодарить Джейка за то, что он «помог ее непутевому сыну выбиться в люди» – никаких сил нет смотреть. А Джейк ведь всегда относился к ней, как… какие, черт возьми, некоторые из нас трепетные, чувствительные люди.
Однажды, это было на Рождество, Д. Э. Саммерс чуть не испортил все дело. Дюк вошел в гостиную в тот самый момент, когда тот сидел, закрыв лицо руками, на ковре перед креслом миссис Маллоу, и бормотал, что она понятия не имеет, какой он мерзавец. Что его не нужно хвалить. Что она выгнала бы его из дома зонтиком и даже ночным горшком, если бы знала
Теперь, когда разом накрылись и «Автомобильный сервис», и работа у Форда, и вместе с ними «Рекламное бюро», а на горизонте появились мальчишки с Эмми в кильватере – именно теперь проклятая правда могла вылезти наружу.
– И что еще хуже, она полностью подходит под описание пропавших девушек! На половине картин Фригг изображена рыжей!
– вне себя рявкнул Д. Э. Саммерс.
И ухватился за голову.
– Значит, мы должны сделать так, чтобы девчонка никуда не поехала, – резонно заметил М. Р. Маллоу. – Это единственный способ не сойти от беспокойства с ума.
– Ну, вот и сделай это! Она моя сестра! Легко сказать.
Дюк задумчиво вертел глобус.
– Я так понимаю, что что бы мы ни сделали, и эта тоже все равно смоется, куда хотела. Почему это вокруг тебя вечно вьются упрямые чертовки?
Саммерс молчал. Он думал, как бы отбиться от мальчишек и в то же время не спускать с Эмми глаз. Как вдруг понял.
– Надеюсь, Фокс не откажется опять изобразить тетушку. Тетушка и племянница – это отлично. Преступник попытается подобраться к Эмми и тогда…
Джейк полез в карман пиджака, перечел письмо мсье Паркура, в котором тот выражал радость от скорой встречи и давал адрес недорогого отеля в Вене, опять упал в кресло и уставился в потолок.
– Боюсь даже представить эти расходы. Что я скажу девчонке? Она ведь ждет от меня подарков. Кафе, платья, театр – что я теперь буду делать?
