– Маркиза Казати один раз позировала с детенышем леопарда. Это все запомнили. А гуляет с гепардами. И Жозефин Бейкер тоже позирует с гепардом. Смотрите сюда. Видите? Их легко перепутать. Попробуйте спросить обычного человека, кого он видит перед собой: гепарда, леопарда, ягуара? Сколько человек из ста смогут дать верный ответ? Об этом ведь даже не задумываются. А вы? Вы разберетесь?
– Да, но сколько портретов…
– Вот именно, доктор. Портреты! Маркиза Казати – сумасбродн… эксцентричная баб… муза художников. Она ведь помешана на том, что задает моду. Мода на экзотических хищников не в последнюю очередь – дело ее эротических фантазий. Если просмотреть хоть десяток журналов, увидите, что там только рисунки – Бакст, Больдини, Скьяпарелли. Вот откуда все дамы с леопардами. Модная фантазия. Эротические выдумки, чтобы обставить имидж сексапильной красотки. А теперь попробуйте припомнить, сколько людей с леопардами на фото.
– Да их огромное количество!
– Хорошо, – он поднял ладонь, как бы защищаясь, – не настаиваю. Сам, честно говоря, сомневаюсь. Но тогда назовите мне хотя бы две-три. Хоть одну, кроме маркизы Казати.
Но почему-то ни одна фотография с леопардом не шла доктору на ум. Многочисленные светские дамы с борзыми. Красавица Кэрол Ломбард с гепардами у витрины магазина. Звезда «Метро Голдвин Майер» – лев Слетс рядом с Гретой Гарбо. Ни одной фотографии с леопардом! Кроме двух. Маркиза Казати – эксцентричная муза футуристов рядом с леопардом в своем саду, и вторая, где она же с детенышем леопарда на руках.
– Мистер Саммерс, – спросила вдруг доктор, – где ваш компаньон?
В это самое время М.Р. Маллоу производил интересный опыт. Лежа на подоконнике в квартире господина Кегля, он раскачивал шнурок, на котором висела его туфля. Шнурки числом шесть одолжил ему господин Кегль. Маллоу прибавил к ним собственный и теперь ждал, что Д. Э. если не увидит, так во всяком случае услышит стук по стеклу и соизволит, наконец, подойти.
Дело с каминной трубой оказалось очень запутанным делом.
Подгоняемый беспощадным компаньоном М.Р. как-то упустил – во всяком случае, не сразу обдумал – кое-какие детали.
Человек, вылезающий из камина, не просто оставит за собой следы на полу. Не просто напачкает. Он обсвинячит все кругом так, что лучше даже не думать, какие объяснения придется давать и что из этого может выйти. Никакой пипидастр не поможет.
Вперед, таким образом, двигаться было невозможно. Оставался один путь – назад.
Маллоу выбрался из камина обратно в квартиру герра Кегля. По пути он придумал правдоподобное объяснение насчет белой горячки, загнавшей его в камин и поставившей в неловкое положение. Отставной жандармский поручик пришел в полный восторг и тут же стал его лучшим другом. Он предоставил в распоряжение М.Р. Маллоу свою ванную, свой халат и совсем ничего не сказал насчет испорченного ковра. Изгаженный паркет только развеселил его. Ну, и вообще господин Кегль был неплохим человеком. Профессора он недолюбливал, сказать на его счет ему было особенно нечего, но поговорить хотелось. Не так просто было от него отделаться. Зато – зато! – он дал М.Р. Маллоу отменный совет.
Который все-таки помог делу.
Доктор Бэнкс подошла к окну, поймала его туфлю, вынула из нее записку «Впустите меня, только незаметно!», взяла ключ и как ни в чем ни бывало отправилась в арендованную квартиру. Из которой вернулась в сопровождении ассистента американского оккультиста – свежего, причесанного, элегантного, несущего свой чемодан «чтобы не бегать десять раз».
К вящему неудовольствию профессора Сойки.
– Я вот что подумал, – обращаясь к ним обоим сказал ассистент и подергал себя за лацкан. – Он нам покоя не даст. Что, если купить ему кресло? На колесах, а?
– Гм, – задумалась доктор. – Инвалидное кресло?
– Конечно! Если придать ему лежачее положение…
– Не следует идти у пациента на поводу, – вмешался профессор Сойка. – Пусть терпит.
– Ну, почему, – заметила доктор. – Купить кресло (она отдельно выделила это «купить») представляется мне вполне неплохой идеей.
Она обернулась к профессору.
– Именно так это и должно выглядеть. Мистер Саммерс довольно упрямый человек и часто капризничает просто из принципа. Вид кресла, которым он в любой момент может воспользоваться, его успокоит. Ну, а что касается того, воспользуется ли он им на самом деле…
Тут доктор улыбнулась.
– Я видел ваш метод в действии, – тоже с улыбкой заметил профессор. – «Завтра-завтра, не сегодня»?
– Затем просто пройдет необходимое время, режим можно будет ослабить, и кресло действительно пригодится. Конечно, соблюдая осторожность.
– Мягко, но твердо, – пробормотал Сойка. – Железная женщина.
И с этими словами ушел.
– Как он их завлек – вот в чем вопрос, – присев на кровать, проговорил Дюк. – Предложить денег? Девушки из хороших семей. Наврать про съемки в кино? Сомнительно, хотя возможно. Профессор – фанатик. Скорее всего, он пытался впарить им свои идеи. Может, он предложил им участие в научной работе?
