Отсек для аптечки в левой ручке кресла.
Подняли левую ручку. В вертикальном отсеке помещалась жестяная коробка с красным крестом.
Внутри были зубной порошок, гребень, щетка, кусок мыла, раскладной стакан, безопасная бритва, походное зеркало.
Отсек для бутербродов в правой ручке кресла.
Дюк поднял правую ручку – в вертикальном отсеке лежали бумажный сверток и фляжка.
– Бутерброды! – приполз на четвереньках Д.Э. Саммерс (он тоже осматривал кресло). – Дай сюда! Вас обедами кормят, а я болен, и скоро умру на ваших бульонах и яйцах всмятку!
– Пятнадцать штук, – сказал, закончив считать, Маллоу. – Сэр, вас разопрет. Тебе с сыром или с ветчиной?
– Мне с ветчиной и с сыром.
– Нате пять. По-честному.
Доктор попыталась отдать Саммерсу свои пять бутербродов, но он отказался.
– Вы же говорили, что у меня живот!
Доктор Бэнкс пришла в раздражение.
– Тогда придется еду ликвидировать. Или берите, или прекратите дискуссию. Мы тратим время!
Тогда Саммерс сказал, что переоценил себя: в него столько не влезет. Доктор отступила и взяла свою долю себе. Стали есть бутерброды. Коньяк решено было не трогать: Сойка решительно клеймил спиртное.
– «Система безопасности, – жуя, читал Маллоу. – Фиксация рук и ног пациента. Ремни и проч. крепления из прорезиненного брезента – надежная страховка от несчастного случая. Очень хороши для неровной местности и горных курортов».
Шесть широких ремней, закрепленных на уровне плеч, груди, запястий и лодыжек сидящего были натянуты поперек спинки и нижней части сиденья спереди.
Кнопка номер 6. Безопасность пациента
Д.Э. Саммерс сел в кресло и Маллоу нажал кнопку номер шесть. Ремни, выстрелив, натянулись. Сыщик попробовал дернуться, но обнаружил, что даже шевельнуться не может. Все было продумано идеально. Связанный пациент в кресле мог лишь поворачивать голову вправо или влево (сзади его удерживал подголовник), и шевелить пальцами.
– Эй, выпустите меня!
Пришлось его освободить.
Приложение
Фиг. 1. Тормозной диск из русской осины, вываренный в льняном масле
Фиг. 2. Аварийный велосипедный тормоз с пневматическим приводом. Не нуждается в замене в течение 8 лет
И Маллоу стал читать дальше.
Отсек 4. Пороховые ракеты. По 7 шт. по обе стороны задней поверхности нижнего блока кресла (см. рис. Находятся в поворачивающейся обойме. В зависимости от положения могут подавать сигнал или служить ускоряющим устройством.
– Ну, это потом, – сказал Дюк. – Посмотрю, если будет необходимость.
Оружие. Карманы «а» и «б» с внутренней стороны ручек кресла.
Карман «а» оказался кожаной кобурой для револьвера (по правую ручку кресла), а в кармане «б» – брезентовым карманом, в котором лежали патроны (по левую ручку кресла).
Радиопередатчик. Спрятан в сиденьи. Для настройки вытащите антенну из точки «X».
Точку «X» искали долго. Использовав все варианты, навалились втроем на зонт. Попробовали снять – и вытащили невероятно длинную антенну.
Примечание: Перед пользованием передатчиком не пользуйтесь подкладным судном и не нажимайте устройство для подачи воды.
Приложение. Азбука Морзе. Отправьте пробный сигнал.
Маллоу приготовился дать пробный сигнал – один короткий «есть», но тут пришлось срочно накрывать кресло брезентом: в комнату вошел профессор Сойка с каким-то высоким господином. По лицу этого господина и выражению его лица, по тому, как он идет и садится, и в особенности по глубокому, сильному голосу, спокойные интонации которого были так хорошо знакомы двоим джентльменам, они все поняли.
Профессор Сойка подражал именно ему.
– Как я уже говорил, это интересный случай больного, потерявшего, если так можно выразиться, память.
Вошедшему было на вид лет шестьдесят. Он был подтянут. От него пахло хорошими сигарами. Глубокие складки, идущие от носа, сжатый рот и взгляд исподлобья – все это было чертами страдающего человека.
Но это был сильный, уверенный человек.
– Здравствуйте, доктор Фрейд, – сказала доктор Бэнкс.
– Ну, каким исследованием вы здесь подвергались? – обратился к пострадавшему гость.
Пострадавший осмотрел Фрейда с ног до головы. Затем возвел глаза потолку.
– Вы лучше спросите, каким исследованиям я тут не подвергался! Меня все время исследуют. То играют в какие-то странные игры, как будто я им дитя, то про сны им все расскажи – не соскучишься.
Он покосился на Сойку и добавил шепотом:
– Доктор Фрейд, профессор какой-то странный.
– Почему? – тоже вполголоса спросил тот.
– Ему нравятся большие женщины. Нет-нет, поймите меня правильно: мне тоже нравится, чтобы (он показал руками женские формы). Но после разговоров с герром профессором я прямо-таки вижу их перед собой!
– Больших женщин?
– Огромных! С гигантскими формами! Вот такими!
Он показал руками.
Фрейд сделал запись в блокноте.
– Возможно, это всего лишь последствия длительного воздержания.
– Ну, черт возьми, не до такой же степени! – пострадавший подумал. – Или до такой?
