– Конечно, – мягко улыбается Сара.
Они заходят в подсобку за барной стойкой, заставленную коробками и стеллажами. Сара усаживается на продавленный диван. Она смотрит так, словно он хищник на выгуле. Николай оглядывается и, придвинув поближе колченогий стул с разодранной спинкой, усаживается на самый краешек. Пол слегка вибрирует, за стенами слышна гулкая музыка. Наконец Николай произносит тихо и негромко, но так, что точно знает – его слышно:
– Хороший клуб.
Сара не отвечает, только трёт костяшки и облизывает губы. Выдержав небольшую паузу, Николай аккуратно спрашивает:
– Скажи, а насколько хорошо ты знакома с гостями своего клуба?
– О чём ты? Конечно, я знаю некоторых из них, но не каждого, кто решает пропустить вечером по коктейлю в «Клюкве».
Николай не понимает, Сара говорит искренне или всё-таки знает больше, чем хочет показать. Может, и правда она не из тех, кто держит списки любителей VIP-комнат или не знает верхушку Управления. Зачем ей? Уж скорее она общалась с Амандой, чтобы получить нужные разрешения для клуба. Да и в конце концов, это Николай из Службы не вылезает, а остальные наверняка проводят вечера более затейливым образом. И всё же…
– А кто заходил сейчас в кабинет? Мне показалось, я узнал Якова. Руководитель Управления по делам магов.
Сара отводит взгляд и пожимает плечами, но молчит. Николай наклоняется ближе, желая расставить все точки над «и» и понять, что действительно чувствует Сара, вжавшаяся сейчас в спинку дивана.
– Яков? Рада, если сюда заглядывает даже Управление.
– То есть ты его не знаешь.
Она сжимает кулаки и качает головой. Может, это страх перед Управлением? Многие стражи своевольны, но для других магов Яков – непререкаемый лидер, чьи решения, конечно, несут благо и безопасность. Это не значит, что его не боятся, о нет. Как часто уважение к тому, кто наделён властью, берёт в напарники страх перед карой!
Николай проводит пальцами по подбородку, размышляя.
– Он тебе чем-то угрожает? Может, мы можем помочь?
– Вы? – Сара поворачивает к нему бледное лицо и почти шипит. – Разве стражи хоть кому-то помогают? Тени вас коверкают. Тени уничтожают души. Тени лишают человечности.
– И ты готова пустить нас в свой клуб?
– Я обязана Кириллу. Если бы не он, то и клуба бы не было. Так что да, вечер стражей, пусть так и будет. Один раз. Ведь сколько ему ещё осталось с его-то проклятой сделкой?
Николай надеется, что хотя бы со стороны незаметно, как внутри костенеет сердце. И сухо произносит:
– Вы же с Кириллом давние друзья? Так вот. Мы с ним из кожи вон лезем, пытаясь понять, кто похищает и убивает студентов. Мы в шаге от того, чтобы вину свалили на стражей, и что тогда будет со Службой? Думаешь, если её опять заберет Управление, будет лучше? Думаешь, это поможет Кириллу? Яков… да уж. Ты знала, что когда пошли слухи, что он носит в себе тень, Яков пришёл ко мне с предложением запереть его или пустить на эксперименты? Я хочу понять, кто всё это устроил… И думал, что ты готова помочь.
– Я всегда помогаю, – шепчет Сара, опуская взгляд на носки изящных туфель. – Думаешь, я не знаю, в каком аду он живёт с его кошмарами и разорванной связью якоря?
Николай ничем не выдаёт своего удивления. Он уверен, что Кирилл ни капли не сожалеет о содеянном.
– Что ж, будь тогда аккуратна с Яковом. Не доверяй всему, что он говорит.
Николай поднимается и, пригладив волосы, поправляет полы пальто. Выпить бы ещё – от тоски, от этого треклятого чувства, что его единственный спутник – одиночество, но пора домой.
– Доброй ночи, Сара.
Не оборачиваясь, Николай выходит из подсобки.
Николай застаёт Кирилла и Сашу яростно спорящими у чёрного хода. Дождь льёт холодные струи за воротник, но вокруг обоих – пламя и шипящие искры.
– Неужели так сложно поверить, что мир теней не так однообразен, как кажется тебе? – с какой-то горечью бросает Саша в сторону мечущегося Кирилла. В темноте вечера непонятно, чего вокруг больше – тени или искр.
– Чушь собачья! Там только хаос. Стражи с трудом каталог теней составили в своё время. И то его приходится постоянно обновлять. – Кирилл курит коротко и с каким-то остервенением. Свет фонарей бросает жёсткие тени на его лицо, заостряя скулы. – Но там нет того, о чём вы твердите. Какой свет звёзд? Какие исследования Архива? Ты вцепился в какую-то деталь и теперь носишься с ней!
– Матерь стихий! – Всегда спокойный Саша явно на грани взрыва, вокруг него едва не пляшет огонь, угасая под дождём. Николай пока остаётся в стороне, не совсем понимая предмет спора, но два стража на взводе – это тревожно. – Да хоть себе признайся, что ты просто-напросто переживаешь.
– О чём?
– Да о самой Кристине!
Кирилл замирает как током пронзённый, ошарашенно глядя на Сашу.
– С чего ты взял?
– Ты чуть не каждый день твердишь мне, что я загоняю твою студентку.
– Она едва не засыпает на моих лекциях! – Кирилл тычет в него сигаретой, тут же гаснущей в струях дождя. – Да чёрт!
Он резким движением выкидывает её в мусорку и достаёт следующую. Продолжает:
– Такого раньше не было.
– Да признайся уже, что она уже не просто твоя студентка.
