Интересно, чего Нисрок так боится и связано ли это со мной? Если я правильно поняла, кто-то продал мою душу демонам, а Нисрок, как начальник, подмахнул не глядя. Теперь я в Аду, отбываю незаслуженное наказание, а они не знают, что со мной делать. Ситуация похлеще, чем когда у нас в больнице обнаружился пациент без документов. Как он попал в наше отделение, никто не знал, медсёстры утверждали, что никогда прежде его не видели, а соседей по палате у него не было. Мы прозвали его Молчуном, потому что он только пялился в стену и отказывался с нами говорить, если дело не касалось посещения столовой. Тогда у смертельно больного неожиданно появлялись силы, и он мчался по коридору, расталкивая других пациентов. Мы с трудом избавились от него через неделю, но вопрос, как же он к нам попал, так и остался без ответа.
— Как успехи?
— Нормально.
Нисрок смотрел на меня, будто хотел спросить что-то ещё, однако не решился. Кивнув, он развернулся и ушёл, а я смотрела ему вслед и думала, какое же его ждёт наказание за такое явное нарушение, как смертная девчонка в Канцелярии Ада? Ваалберит сказал вчера, что Нисрок отвечает за меня головой, а значит, решать проблему ему нужно, как можно скорее, если не хочет распрощаться с хлебным местечком. Думаю, чистка котлов не самое почётное занятие для демонов.
«Ладно, Лиза, хватит думать о его проблемах, у тебя своих полно», — прикрикнула я на себя и вновь поднесла документ к глазам, думая, как же мелко мыслят многие люди.
Часть договоров, рассмотренных мной, были, откровенно говоря, ничтожными. Души продавались за новую технику, бриллианты, виллу на берегу океана или хрустящие купюры, на которые можно было купить всё вышеперечисленное. Одна девушка захотела, чтобы бывший к ней вернулся, однако не учла, что после этого он снова сможет от неё уйти. Что он собственно и сделал, если верить примечанию внизу договора. Демоны были хитры и изворотливы. Выполняя желания клиента, они искали лазейку и новенький телефон разбивался в первый же день, автомобиль эвакуировали за неправильную парковку, а дом мог сгореть из-за забытой в духовке курицы. Формально все условия сделки соблюдены. Даже ушлый адвокат не придерётся. Наверное, здесь целый штат таких трудится, иначе как объяснить, что незадачливые продавцы ставят подпись, даже толком не оценив последствий.
Конечно, были и такие, кто решался на сделку из сострадания или желания помочь своим любимым. Работая в больнице, я насмотрелась всякого, когда перед операционной сидели люди и молились богу, чтобы он спас их родных. Когда врач выходил к ним и говорил, что операция прошла успешно и жизни пациента ничего не угрожает, лишь немногие благодарили нас, тех, кто боролся до последнего, остальные возносили молитву Господу, будто он лично спустился с небес и провёл сложную операцию. Мы лежали на полу, не в силах сдвинуться с места, после нескольких напряжённых часов, и были довольны, что справились с поставленной перед нами задачей. А люди в это время продавали собственные души Дьяволу. Знали бы они, что ни Дьяволу, ни богу в этот момент нет до них абсолютно никакого дела.
Отправив просроченный договор в папку, я встала и направилась к кулеру возле кабинета Нисрока. Набрав в пластиковый стаканчик тёплой воды, я сделала глоток и задержала его во рту, думая, как было бы славно сделать небольшой перерыв в рутинной работе. Интересно, где здесь кормят сотрудников, я бы сейчас не отказалась от горячей выпечки и бодрящего кофе. В больнице одна из медсестёр часто приносила сдобные пирожки с джемом, которые пекла для нас её мама. И это было одним из лучших моментов в моей работе.
— О, Эржебет, — раздался рядом знакомый голосок. — Ты выглядишь очень хорошо.
— Смерть мне к лицу, — ответила я, взглянув на Ребекку. — Только не называй меня Эржебет, мне не нравится, когда коверкают моё имя.
Она приподняла бровь, будто не ожидала от меня подобного ответа, а затем медленно проговорила:
— У тебя больше нет другого имени, кроме того, что дала тебе я.
— Могу с тобой поспорить, что это не так, — спокойно отозвалась я, сжимая пустой стаканчик в ладони. — Если тебе не нравится, как меня зовут, ничем не могу помочь. Я не твоя новая игрушка, с которой ты можешь поступать, как заблагорассудится.
Её и без того тёмные глаза почернели полностью, и меня могли бы размазать по стенке, если бы в разговор не вмешался неожиданный персонаж, вышедший из кабинета Нисрока в самый подходящий момент.
— Девушки ссорятся, и не я причина? — сказал он со смешком, приобнимая Ребекку за плечи. — Это неинтересно. Давайте переиграем?
Я перевела взгляд на парня и обомлела. Он словно сошёл с имбирного облака моих желаний, и я едва сдержалась, чтобы не ущипнуть себя. Высокий блондин с тёмными глазами, которому больше подходило рекламировать любую продукцию: от мужского одеколона до трусов, — одним лишь взглядом превращал меня в подтаявшее мороженое, готовое растечься перед ним сладкой лужицей.
— Иди к чёрту, Вел, — отозвалась демоница, продолжая пялиться на меня. — Что ты вообще здесь делаешь?
