– Ты, наверное, понимаешь, что нам не остается ничего другого, как отправить тебя обратно в Нью-Йорк.
– Это нечестно, папа.
– Почему же?
– Потому что я ничего не сделала. Но вам, видимо, все равно.
– Нам не все равно. Мне очень больно это слышать. В этом году я, как никогда, хотел, чтобы все мы были вместе.
– Ладно, хорошо, но я ничего не рисовала на той стене.
– Аманда, если это не ты, то кто? Объясни мне, потому что пока что я ничего не понимаю.
– Наверное, она уже была разрисованной, когда мы приехали. Я тоже ничего не понимаю, но это точно не я.
– А что насчет записки с твоим именем и звездой?
– Я нашла ее на земле, когда мы приехали. Я уже говорила маме, но она меня не слушает. Почему вы мне не верите?
– Это не так-то просто, Аманда.
– Папа, пожалуйста, поверь мне. Я, как и ты, ничего не понимаю, но есть кое-что. С того дня, как мы приехали, я поняла, что за мной кто-то следит.
– О чем ты говоришь, дочка?
– Я не знаю, как объяснить, папа. Это какое-то ощущение. Мне кажется, что за нами кто-то следит, и, по-моему, это каким-то образом связано с этой звездой.
– Аманда, я начинаю волноваться за тебя.
– Но это правда.
– Мама предлагала отвести тебя к местному психологу. Может, тебе это пойдет на пользу.
Его слова прозвучали для Аманды как гром среди ясного неба. От удивления и злости она широко раскрыла глаза.
– Вы считаете, что я сумасшедшая?
– Нет, нет, солнышко, ты не сумасшедшая. Но согласись, все это не очень-то похоже на правду. Следящие за тобой люди, звездочки на стенах, старые записки… Нет ничего такого в том, чтобы пообщаться со специалистом.
– Нет, папа, пожалуйста, – взмолилась Аманда.
– Тут не о чем больше говорить, дочка. Я запишу тебя на прием к психологу на сегодняшний вечер. Возможно, он тебе поможет. Вы просто поговорите, тебе необязательно приходить к нему еще раз. Если ваш разговор ничем не закончится, ты вернешься в Нью-Йорк.
– Но тогда я не смогу встретиться с Джейкобом, папа.
– Джейкобом? В смысле «встретиться с Джейкобом»? – удивился Стивен. – Это тот парень из магазина?
– Мы договорились вместе пойти на ярмарку, – ответила Аманда, покраснев.
– Ну ничего. Это зависит от тебя, пойдешь ты с Джейкобом на ярмарку или нет.
Стивен встал с кровати, давая понять, что разговор закончен. Аманда уже была готова ответить, но промолчала. Она погрузилась в свои мысли, не зная, что сказать. В тот момент она даже не знала, о чем думала: о том ли, как вернуть доверие родителей, или о том, как попасть на свидание с Джейкобом.
Стивен вышел из комнаты дочери еще более обеспокоенным. Аманда собиралась на свидание с парнем, и он решил убраться из спальни прежде, чем она расскажет что-то еще о ее отношениях с мальчиками. Он предпочитал и дальше ничего об этом не знать. В ту секунду, когда Аманда скажет, что она уже не ребенок, что она выросла и уже давно достаточно взрослая, чтобы принимать самостоятельные решения, в собственных глазах он перестанет быть ее отцом. Глубоко в душе ему хотелось, чтобы этот момент не наступал никогда.
Всего несколько секунд спустя после того, как он вышел, и прежде, чем Аманда успела сдвинуться с места, Стивен вернулся в комнату. На этот раз он направился к дочери так стремительно, что не дал ей времени отреагировать. Он молча подошел к ней и поцеловал в лоб. Затем, не говоря ни слова, он снова вышел. Если бы он знал, что этот день станет последним, когда он видит ее, целует ее и безмолвно говорит ей, что желает ей счастья, этот поцелуй длился бы намного дольше. Возможно, даже Кейт, которая в тот момент стояла на кухне и с необычайной сноровкой орудовала ножом, нарезая морковку для обеденного рагу, пока Карла выпытывала у нее, почему морковки оранжевые, поцеловала бы Аманду.
– За что ты со мной так? – спросила Сьюзан, угрожая Стивену найденной на полу отверткой.
– Я уже сказал тебе, Сьюзан, ты можешь успокоиться, – спокойно ответил он. – Тебе нечего бояться.
Ветер со свистом задувал в зазоры между досками и бил по скрипящим окнам и деревянному фасаду, которые издавали звуки, похожие на гоготание гуся. Сьюзан понятия не имела, что это был за шум. Ей казалось, что на улице собралась огромная стая птиц. Несколько секунд она молча стояла с отверткой в руке, обдумывая свои шансы выбраться отсюда живой. Спокойный взгляд Стивена, который никак не реагировал на ее отважное поведение, сбил ее с толку, и она не знала, что делать. Само его присутствие приводило ее в ужас, но в то же время в самой глубине души она благодарила его за то, что он не позволил ей умереть от холода.
Стивен воспользовался ситуацией, чтобы показать Сьюзан, что он не опасен. Он повернулся к ней спиной и скинул в сторону гору одежды, которая лежала на кресле. Сьюзан смотрела на него широко распахнутыми глазами. Он поднял одежду всего двумя пальцами, а затем сел, положив ладони на колени.
– Сьюзан, сегодня вечером я отвезу тебя обратно в Нью-Йорк. Тебе не о чем беспокоиться, – сказал он.
