– Да. Конечно, мне было совсем не смешно. Я знаю, что Солт-Лейк-Сити – это городок, где привыкли недооценивать порочность человека и пренебрегают мерами безопасности. До того момента я не закрывал дверь дома на ключ. Так что любой мог войти и нарисовать это на стене. По крайней мере, так мне ответила полиция.
– Тогда почему та же самая звезда нарисована на записке с моим именем? – спросила Аманда, доставая записку из кармана и протягивая ее психологу.
– О, а вот это уже что-то новенькое.
– Что вы об этом скажете?
– То же самое. Единственное, что это доказывает, – что кто-то хочет тебя напугать. И ничего больше, Аманда.
– Мне действительно не о чем переживать?
– Абсолютно не о чем.
Аманда с облегчением вздохнула, и на ее лице появилась легкая улыбка.
– Вы скажете папе, что со мной все в порядке?
– Конечно, – улыбнулся психолог.
Он поднялся с кресла и похлопал Аманду по спине.
– Повторю еще раз: тебе не о чем беспокоиться.
– Рада слышать это от вас, – уже спокойно сказала она.
– Можешь пойти позвать своего отца?
– Конечно. Вы мне очень помогли. Спасибо, доктор.
Стивен ждал Аманду, листая какой-то познавательный журнал. Помимо него в маленьком кабинете сидели женщина лет тридцати с каштановыми волосами и ее сын, светловолосый мальчик лет десяти или одиннадцати. Женщина постоянно поглядывала на Стивена, поднимая глаза от страниц желтой прессы, которую она держала в руках. Мальчик тоже упорно смотрел на него, будто, кроме Стивена, в кабинете больше ничего не было. Стивен чувствовал себя неуютно.
– Вы что-то хотели?
Смутившись, женщина тут же опустила глаза.
– Невозможно! – возмутился Стивен не в силах больше ждать.
Мальчик встал со своего места рядом с матерью и сел сбоку от Стивена. Затем он наклонился в сторону так, чтобы смотреть, что тот читает.
– Хочешь журнал? – спросил Стивен.
– Нет, он не хочет, – ответила его мать.
– А мне кажется, что да.
Стивен откинулся на спинку, пытаясь заполучить немного свободного пространства, но мальчик на своем кресле наклонился еще сильнее.
– Возьми, малыш, – сказал Стивен и протянул ему журнал.
Мальчик не отреагировал. Он не обратил на журнал никакого внимания, поднялся с кресла и встал перед Стивеном, смотря ему прямо в глаза.
– Чего ты хочешь? – спросил Стивен. – Что-то случилось?
Он перевел взгляд на мать. Женщина явно нервничала и смотрела на сына обеспокоенным взглядом.
– Не делай этого! – крикнула она ему.
Стивен снова посмотрел на мальчика и увидел, как его правое бедро стало заливаться кровью. Пятно на штанах быстро росло, будто бутылку вина опрокинули на скатерть. Рука мальчика лежала на правом бедре, и было похоже, что он ковырял то место, откуда шла кровь.
– Боже! – воскликнул Стивен. Он вскочил, зажал рукой место, откуда лилась кровь, поднял мальчика на руки и выбежал с ним из зала ожидания, чтобы позвать медсестру. Женщина, которая ничуть не изменилась в лице и осталась сидеть на месте, залилась громким смехом.
Стивен бежал с мальчиком на руках по длинному коридору и до него доносился голос матери. Он думал только о том, чтобы помочь мальчику закрыть рану, но этот смех гиены глубоко впечатался в его разум и заставил его содрогнуться. К тому моменту, когда он наконец нашел медсестру, Аманда уже вышла из кабинета психолога и радостно поздоровалась с женщиной в зале ожидания.
– Здравствуй, Аманда, – сказала она, прекратив смеяться.
– Куда мы едем? – спросила Сьюзан, несколько неуверенно садясь в грузовик, в котором всего день тому назад она ехала сюда.
– Мы едем? – удивился Стивен.
– Ну да.
– Ты останешься в Квебеке. Я дам тебе денег, чтобы ты позвонила в полицию. Они и приедут за тобой.
– Ни за что.
– Сьюзан, я должен покончить с этим. Я больше так не могу, ты понимаешь?
– Конечно, понимаю. Но я хочу поехать с тобой.
– Тебе нельзя. Я не могу подвергать тебя риску, Сьюзан. Если они увидят, что ты жива, то ни перед чем не остановятся, чтобы убить тебя. Ты останешься в Квебеке.
Он произнес эти слова чрезвычайно серьезно, и она не осмелилась возразить. Она чувствовала себя уставшей и потерянной, находясь в сотнях километрах от дома. А еще она странно себя чувствовала – будто ее ударили по голове.
– Я хочу помочь тебе, Стивен. У меня никого нет, и я ничего не боюсь, – единственное, что она смогла сказать.
Сидя на пассажирском сиденье, она откинулась на спинку кресла. Голова у нее закружилась, ноги перестали чувствовать пол, и все вокруг поплыло перед глазами.
Стивен смотрел, как Сьюзан засыпала под воздействием пропофола. Глаза ее закрывались, и она все ниже спускалась в кресло. Почти находясь во власти сна, Сьюзан попыталась еще раз открыть глаза, понимая, что это будет последний раз, когда она видит Стивена.
– Засыпай, Сьюзан. Когда проснешься, ты будешь в безопасности.
Едва ли находя силы бороться со сном, Сьюзан сказала:
– Ты хороший человек, Стивен.
