– Я тебя тоже люблю, – сказала она. – Хотела сказать… я ведь никогда не говорила и горько об этом жалела, когда считала тебя погибшим, – что день, когда отец принес из этого леса мальчишку, был лучшим днем моей жизни.
Вулф заморгал – глазам стало горячо. Мара привалилась к нему и уснула.
Звук, который его разбудил, походил на стук градин в ставни. Рядом зашевелилась Мара, открыла глаза. Оба замерли, услышав шаги и голоса в прихожей.
– Давай сначала я с ними поговорю, – шепнула Мара. – Как бы твое возвращение не обернулось для него ударом.
Он отпустил ее встречать отца.
– Мара? – удивился благородный Эдрик. – Я думал, ты у дамы Мариан. Давно здесь?
– Недавно. Все объясню, честное слово, – пообещала Мара.
Вулф медленно пошел на голоса.
– Отец, у меня самая расчудесная новость, но, может, тебе лучше сперва сесть.
Теперь Вулф их видел. Отец (весь в мокром с дождя) постарел.
– Не представляю, что за новость такая. – Он отдал плащ слуге и позволил Маре усадить себя на кушетку. – Но я рад тебя видеть, цыпленок. Что тебя привело на север?
Мара через плечо оглянулась на Вулфа. Тот вышел на свет. Эдрик, увидев его, осел в кресле, побелел.
– Мара, – прохрипел он, вцепившись в ее руку. – Привидение. Святой, он из Халгалланта.
– Нет, отец, это я, – поспешил подойти, испугавшись за отца, Вулф. – Я выжил.
Эдрик окаменел. Он долго не мог расцепить челюсти, а когда сумел…
– Ты? – Он, сипло дыша, поднялся на ноги. – Вулферт… сын.
Отец стиснул его в объятиях, и Вулф прижался к нему, с трудом сдерживая слезы. После всех мучений невыразимым облегчением было снова спрятаться на отцовской груди.
Благородный Эдрик долго не мог успокоиться. Мара с Вулфом отвели его в натопленный главный зал, налили кубок ячменного вина, чтобы унять дрожь. Вулф, сев рядом, поведал ему все.
– Это рука Святого, – выдохнул Эдрик, дослушав рассказ. – Другого объяснения не найти. Правда, ты еще мальчишкой не боялся холода, но в Пепельном море…
Он осушил кубок.
– Надо вызвать домой Роланда и Манселла.
– Пока не надо. – Мара подлила ему вина. – Отец, нам с Вулфом нужна твоя помощь в одном деле.
– Только скажите.
Они на два голоса передали ему разговор с Хелисентой Исток и ее опасения относительно Робарта. Отец, слушая их и перебирая в голове доказательства, успел взять себя в руки.
– Знаете, – задумчиво проговорил он, – благородный Ордан ведь мне рассказывал о тех огнях несколько лет назад. Я ничего такого не замечал, вот мы оба и решили, что все улеглось. Хелисента меня удивила.
Он выпил.
– Будущий супруг королевы… Вам известно, кто им станет?
– Гума Веталда.
– Отшельник из Оленьей Рощи? – изумился отец. – Святой, я только сейчас сообразил, что ему за семьдесят. Странно, зачем бы ему жениться на старости лет – он богат и прекрасно обеспечен, владелец золотых копей… Правда, скажу вам, по слухам он много лет мечтал о власти. Не отстань он на один вздох от сестры при родах, был бы искалинским королем.
Вулф видел, что отец в задумчивости. Благородный Эдрик всегда был любителем тайн.
– Все это как-то увязывается у меня в голове. Я думал, герцог Робарт, оставив нам указания, вернулся в Аскалон. Но если он еще в замке Парр… – Лоб у него заблестел. – Не вижу беды, если вы понаблюдаете за округой, посмотрите, чем он занят и не соберется ли в Дебри на праздник Ранней Весны.
– Мы могли бы его выследить. И даже поймать на месте преступления, – заметил Вулф.
– Для обвинения вам понадобятся уважаемые свидетели. Кто-нибудь из Совета Добродетелей.
– Нельзя ли добыть такого?
– Возможно… – Эдрик взглянул на детей. – Я рад, что вы пришли с этим ко мне, а не стали тыкаться сами, но вы понимаете, власти у регента куда больше моей.
Тут в дверях показался одетый во все чистое Трит. Вулф махнул ему:
– Отец, это Трит Исборгский.
– А, знаменитый Трит, – тепло встретил его благородный Эдрик. – Огня твоему очагу.
– Радости твоему залу, сударь. – Трит прижал кулак к груди. – Рад наконец познакомиться.
– И я рад, сынок. Вулф не первый год поет тебе хвалу.
Трит с улыбкой покосился на друга:
– Да неужели?
– Не сомневайся. Искренне сочувствую вашим утратам – вы потеряли короля и долю. Жестокая судьба. Но может быть, вместе мы сумеем помочь королеве Глориан. – Поднявшись, благородный Эдрик взял Мару за плечо. – Пойдем ужинать, Трит. По всему, что я слышал в пути, скоро наши столы опустеют.
Костоправ застал Глориан в королевской канцелярии. Она весь день разбирала старые отчеты казначейства, силилась уложить все в голове.
Один из дворцовых мышеловов, мяуча, тыкался ей в юбку. Она подхватила зверька, стала гладить, оторвавшись от работы. Солнце скрылось, свечи совсем прогорели.
Глориан никогда не разбиралась в цифрах, а вот Хелисента с Джулиан это умели. По их словам, регент ее не обманул. Королева Сабран всегда была бережлива и как могла сглаживала причиненный веком недовольства ущерб, однако брак ее, заключенный ради мира, страну не обогатил. Король Бардольт женился без приданого. Его семья, когда он с оружием в руках выступил за Скири Широкий Шаг, была нищей.
