– Останьтесь в замке, соберите самое ценное. Если эти создания здесь, Аскалон, возможно, уже заражен. – Глориан запнулась. – Где Хелисента?
– Вышла в сад, – напомнила Джулиан. – Ей нездоровится.
– Найдите ее. Надо спешно уходить.
– Куда?
Глориан не долго раздумывала.
– В Арондин, – сказала она. – Отец говорил, это хорошая крепость. Достаточно далеко от Торфяников, окружена несколькими стенами, рядом река, а еще пещеры Статалстанского Узла. Уведем с собой людей.
– То есть как – всех?!
– Всех аскалонцев Арондин не вместит, но если каждый город, каждая пещера примет сколько-то людей, убежище найдется для всех. Нас укроет сама земля – наше благословение.
Она говорила уверенно и сама проникалась уверенностью и верой. Отец рассказывал ей о своих военных приемах. Закончить ее образование он не успел, но основу заложил.
«Первым делом найди себе крепость».
– Подготовьте двор к переезду, – велела она. – Передайте мой приказ регентскому совету – и скажите, что остановить меня они не смогут.
Глориан взяла в руки подаренный отцом меч:
– Теперь нам всем придется стать воинами.
Суровый замок Парр, высокое мощное здание, зимним утром выглядел совсем уныло. Крепость на водах.
Разглядывая замок, Вулф и на себе будто чувствовал его взгляд. Странное было ощущение, словно сами стены обзавелись глазами. Хотя одна башня на восточной стороне была вовсе без окон.
Он встряхнулся. Камень и известка смотреть не умеют. Нет, это воображение шутит шутки от усталости и скуки, надоело ему морозить свое хозяйство.
Трит заворочался во сне. Вулф бережно, чтобы не разбудить, укрыл его вторым одеялом.
Они не первый день таились здесь, в пустой скорлупе святилища на холме. Десятки лет никто не касался этих руин, из которых открывался вид на озеро и два занятых крепостью островка. На стене еще висел стяг герцога Щедрости – пшеничный колос на зеленом поле, – а на самой высокой башне развевалось знамя Истинного Меча, знак королевской власти. Сочетание этих флагов возвещало, что замок занимает регент.
Ветер дул немилосердный. Вулф закашлялся в перчатку. Может, в Инисе под конец зимы и не так морозно, как в Хроте, но тайник они выбрали сырой и холодный, а огонь разводить опасались.
С восходом солнца вернулась из разведки в холмах Мара. Увидев, кто идет с ней рядом, Вулф опешил. Трит еще спал, а он посторонился, впуская обоих.
Благородный Манселл первым делом схватил его в охапку.
– Вулф! – выдохнул он. – Святой, а я не верил! На вид цел и невредим.
– Я скучал по тебе, Па.
Когда Манселл наконец выпустил сына, взгляд у него стал тверже камня.
– Я сейчас из Лангарта. Отец посвятил меня в ваши подозрения. – Он присел на корзину. – Вчера ночью прибыл гонец от дамы Хелисенты – она заплатила ему за скорость. Робарт написал королеве Глориан, что намерен оставаться здесь до праздника Ранней Весны.
– Как он это объяснил? – Вулф скрестил руки на груди. – Место регента – при королеве.
– Уверяет, что подсчитывает деревья в Дебрях. Чтобы знать, сколько стволов можно пустить на вооружение.
– Ну, Святой!.. – Вулф потер щетинистый подбородок.
– Святой здесь ни при чем, сынок. – Манселл подошел к окну. – Приказы нам всем разосланы. Ничто не мешает ему вернуться к королеве Глориан.
– Чума сюда не добралась?
– По меньшей мере в одно селение добралась. Жители заперлись по домам, так что нам с Роландом пришлось оставлять им продовольствие на межевом камне.
– Что же им, так там и умирать?
– Если иначе никак. – Благородный Манселл указал на корзину. – Я и вам привез немного еды.
Мара передала Вулфу ломоть грубого хлеба. Пока еще в провинции могли выпекать хоть такой, но с возвращением змеев мельницы замрут, не станет муки, и тогда жди голода. А люди и так недоедали после скудной жатвы.
– Если герцог Робарт в самом деле войдет в ту ночь в Дебри, нам понадобится свидетель из членов Совета Добродетелей, – говорил Манселл. – Вдовствующий ярл Златбука согласился подтвердить слова своих лесников, но нам нужна поддержка хоть одного из герцогов Духа, чтобы свидетель был равен Робарту положением. Придется мне скакать к даме Глэдвин.
Он поцеловал Вулфа в щеку:
– Берегите себя, все трое. Как бы вас не заметили!
Когда Манселл ушел, Мара вытащила из корзины грушу.
– Есть одна мысль, – сказала она. – Если Робарт на праздник Ранней Весны уйдет в лес, я могу задержаться и осмотреть замок.
– Проберешься в дом регента? – Вулф сел лицом к ней. – Зачем?
– Высмотрю, что смогу. – Она бросила брату грушу. – Не ты ли мне советовал найти занятие по душе?
– Мара, я подразумевал соколиную охоту, а не проникновение со взломом.
– А я твердо знаю, с чего больше проку.
В канун праздника прискакал из Лангарта Роланд, наряженный по своему обыкновению, как на собственную свадьбу. Он доблестно пытался отрастить бороду.
– Волчонок, – заговорил он, обнявшись с Вулфом, – я уж не думал тебя лицезреть. Ты как?
– Как тебя увидел, сразу дурно стало.
– Поганец! – Брат похлопал его по спине. – Убью тебя, но попозже. Если Робарт нас поймает, он от отца мокрое место оставит. Нам известно, чем это он занимается в темном густом лесу?
