Ой, кажется получается… И я даже забыла о том, что мою руку лижет чудище! Это прогресс! Есть что-то, что пугает меня больше него. Обморок отменяется, но тебе, собачка, лучше уйти. Очень тебя прошу, пожалуйста…
Я бы, наверное, вечность так стояла, если бы дверь не распахнулась, и на пороге не обнаружился… Артем. Не тот, который муж, а тот, который из парка. Одетый во все то же, что и прошлый раз. Кажется, я все же в обмороке, а он мое видение. Ну да, неудивительно, я же его вспоминала только что. И я бы продолжала так стоять и пялиться на него, а он на меня с расширенными от удивления глазами, но Пушистик от меня отстал и стал ластиться к парню, а я, почувствовав уверенность (я же во сне!), сделала шаг назад и грохнулась в ванну, проломив себе череп, по крайней мере, ощущения были именно такими. Но благодаря бинтам, которыми не жалея обмотали мою многострадальную голову, я не грохнулась в бессознательное состояние, зато поняла, что не сплю, а Артем реален, как и я. Кто первый неудачник, бегущий впереди планеты всей? Это Лена Матв… Охренчик, распластавшаяся в исподнем перед парнем своей мечты, с которым ей ничего не светит, потому что у нее судьба прислучилась!.. Слов нет.
– Лена? – изумленно выгнул свои бесподобные брови парень.
– Артем? – да-да, я помню, как тебя зовут, не удивляйся.
Он потянулся ко мне, на ходу отправив пса за дверь, извлек из ванны и усадил на мое платье, которое я скинула на пол, но оно прекрасно укрывало участок пола от холодного кафеля, а я раздетая, покрытая гусиной кожей, даже не знаю, отчего именно: то ли от того, что холодно, то ли от того, что раздетая и только что пребывала на его руках, нуждалась в тепле.
– Ой, да ладно, я сразу понял, что ты меня раскусила, – очаровательно улыбнулся мне Артем и протянул ту одежду, что была выделена Шером, и отвернулся.
Ух ты, джентльмен… Я быстро накинула шмотки и почесала голову, но не удалось – бинты.
– Раскусила?
– Не притворяйся. Я, кстати, звонил тебе сегодня. Ты специально трубку не берешь? Я такой же человек, как и все.
– Эээ… Ты о чем?
– Звонил, говорю.
– Зачем?
– Ну, хотел пригласить на чашечку кофе и пиццу с грибами и двойным чизом.
Моя любимая.
– Если только кофе фрапучино, – мигом возомнила я себя королевой мира, потому что он хочет пригласить меня на свидание! – можешь повернуться, я оделась.
– Я другой, тем более в такую жару, сам не приемлю.
Оу, за что мне это счастье, которое любит ту же еду, что и я. А может у нас с ним совпадают предпочтения еще в чем-нибудь?.. Или это уже перебор?
Но тут я вдруг вспомнила, что мне совсем непонятно, что он тут делает.
– А что ты делаешь в этом доме?
– Живу, шутка, – он рассмеялся и продолжил секретным полушепотом, – я сюда прихожу убираться раз в неделю, хозяева – жуткие психи…
– Ага, особенно их сынок, он шизик, наверное, ты еще не добрался до его комнаты, там полный бардак.
Артем расхохотался. Век бы слушала его смех. Он совсем не такой, как у Шерхана, хотя между ними наблюдается некоторое сходство, но только в плане пропорций. Но этот Артем грациозен, как лев, тот – неуклюж, как медведь. И гогочет тот как стадо гусей, а этот весело и задиристо, совсем не обидно, заразительно.
– Туда меня не допускают, это запретная территория. А ты туда как попала?
Только я хотела рассказать о своих злоключениях, как вспомнила об уговоре.
– Это секретная информация… Прости.
– И если ты мне расскажешь, то придется меня убить?
Я кивнула, грустно улыбнувшись.
– В этом нет ничего страшного, что ты встречаешься с Артемом, – ободряюще заявил, как это глупо не звучит, Артем.
Вот кого он имеет в виду: себя или его? Спрошу, пожалуй.
– Ты кого имеешь в виду?
– Артема. Он что, даже не представился? Тот, который ночью был Шерханом, – Артем, – возвестил парень доверительным тоном.
– Я знаю, что Шерхан – это Артем.
– Так вы не встречаетесь?..
– Нет, – ответила я с брезгливым отвращением.
– В смысле, перепихон на ночь? Я думал, ты не из тех, кого это устраивает…
Он зачем мне сейчас это говорит? Я запуталась. Он что про меня думает вообще? Я, может, и сама о себе не лучшего мнения, но уж он-то молчал бы.
– Что? – настроение упало, голос мертвый.
– Так он воспользовался тобой, такой доверчивой, и на утро сказал «Прощай, детка»? – схватил меня за плечи Артем и заглянул в глаза, которые я старательно отводила – стыдно мне…
– Сейчас уже давно не утро.
Он принял это за ответ «Да» и с радостью вломил в челюсть ворвавшемуся в «нужный момент» в ванную комнату Шерхану, как же он ровно подгадал время для того, чтобы осчастливить нас своей расквашенной физиономией.
– Ты оборзел, брат? На тебя что нашло? – заорал Шер, целующийся с кафелем.
– Не бей его, все не так! – одновременно с ним заорала я.
– А как? – обернулся ко мне Артем. – Ты боишься признаться или тебе его жалко?
– Мы… встречаемся, – ну, не знаю, как это из меня вырвалось.
