— Понятно, — сказал он, наконец. — Ладно. В самом деле, чего только нет в кольце… Кстати, у тебя нет, случайно, ножа?
Я вынула из кармана нож Олега и подала Лерке.
Он раскрыл его, взял то, что осталось от куска чертячьего хлеба, положил на сухой камень и принялся ножом раскалывать хлеб на небольшие кусочки, размером с небольшую виноградину. Потом он наполнил крышку фляги водой и дал мне.
— Зачем? Что ты хочешь?
Лерка собрал в ладонь кусочки и протянул мне:
— Бери кусок, клади в рот, запивай, держи секунд десять, потом глотай.
— Я не хочу. Не могу, это редкостная дрянь, поперёк горла встаёт.
— Если делать вот так, как я сказал, почувствовать вкус ты не успеешь.
— Лерка, я не буду.
— Ты будешь. Потому что так надо, — спокойно, но очень строго сказал он. — Мам, слушай, что я говорю, и делай. Ты должна съесть то, что у меня в руке. Это обязательно! Воды бери в рот столько, чтобы потом одним глотком всё сразу проглотить. Давай!
Я взяла первый кусочек, отхлебнула воды, подержала во рту, пока не почувствовала, как разбухает корм, и сделала глоток. Казалось, эта дрянь застряла в горле и не даёт дышать. Но Лерка тут же плеснул в крышку ещё воды:
— Запей вдогонку!.. Молодец, мам! Вот видишь, ничего сложного. Давай ещё раз.
Он сидел рядом, внимательно следил за мной, командовал, подливал воду в крышку, контролировал, хвалил. И я с удивлением поняла, что он ведёт себя совершенно, как Олег. Те же словечки, те же интонации, та же уверенность, настойчивость и забота. Сын пустил в ход всё, что подсмотрел когда-то у Олега. Сопротивляться этому было невозможно. Один за другим я съела все куски, что Лерка держал на ладони. К тому времени, как я проглотила последний, желудок набился кормом под завязку. Я почувствовала, что сыта.
— Отлично, — улыбнулся Лерка. Он стряхнул себе в рот крошки, которые оставались на ладони и выпил остатки воды в фляге.
Я взяла одеяло, набросила себе на плечи, завернулась в него и прилегла, опустив голову на свёрнутую куртку. Закрыв глаза, я попыталась расслабиться.
— Ну как, удалось? — через некоторое время рядом раздался голос Валеры.
— Не кричи! Да, она всё съела. И спит.
— Отлично. А то, как предложу, так не хочет ни в какую, и всё тут. И сама не просит.
— Потому что ты не знаешь, как надо предлагать, — отозвался сын. — Когда у неё голова какой-нибудь бедой занята, она вообще о еде не думает. И рассчитывать на её здравый смысл нельзя, она его направляет на решение проблемы, но не на себя. Если не опекать её, как ребёнка, она себя уморит и не заметит.
— Хорошо, я это учту, — сказал Валера.
— Тебе не надо ничего учитывать. Я здесь, значит, я обо всём позабочусь, — твёрдо сказал Лерка. — Кстати, нам бы поговорить!
— Давай. Выйдем наружу?
— Да, — согласился Лерка. — А то маму разбудим.
Они вышли, оставив меня у входа в пещеру. Я попыталась сесть им на хвост, не надеясь, что это получится. Но они не закрылись. Я увидела, как они отходят совсем недалеко и садятся на небольшой валун. Слушать историю Валерия ещё раз мне было совсем ни к чему. Я закрыла визуальный канал и задремала.
— Не ожидал вас так скоро! — услышала я рядом с собой знакомый голос.
Примар сидел далеко от входа, так, что снаружи его было совсем не видно.
Я приподнялась и села.
— А я не ожидала, что ты устраиваешь пытки!
— Не всем, не всем, — усмехнулся Примар. — Далеко не всем. Только тем, кто этого немножко заслужил. Думаешь, мне было приятно, когда твой сынок бил меня головой о стену? Моя многострадальная телесная оболочка точно такая же, как твоя: она так же реагирует на боль. Только не стареет с некоторого момента, вот и вся разница. Так что твой мальчишка всего лишь получил по заслугам, да и то совсем чуть-чуть. По моим расчётам, вы должны были найти его дня через два-три…
— Дальше что?
Он пожал плечами:
— Понятия не имею. Это я тебя хотел спросить, что дальше? Ты же зачем-то сюда пришла. Не к своему былому возлюбленному, это уж точно. Не ко мне, хотя мне это бы польстило…
— Я пришла забрать сына обратно.
— Обратно куда? В морг?
Я ничего не ответила. Сил уже не было смотреть в эту наглую весёлую физиономию.
— Ладно, не вздрагивай. Твой сын, Катя, слишком ценный экземпляр, чтобы им так разбрасываться. У меня на его счёт большие планы на очень, очень долгое время. Поэтому я его и вернул к жизни. А значит, отправлять его обратно в морг не буду…
— Я хочу забрать его в миры!
— А вот это уже называется запрос на сделку, — одобрительно кивнул Примар.
— Никаких сделок. Я просто заберу его с собой и вернусь в миры.
— Вот честное слово, хотел бы я посмотреть на это диво, как ты такое сделаешь, — он даже зажмурился от удовольствия. — Тебе надо лучше слушать Извекова. Он давно прекрасно понял все правила большой игры. Я уже говорил тебе, что есть вещи, которые произойдут в любом случае, потому что над ними властен не я, а более могущественная сила. А есть вещи, которые без моего ведома и согласия не происходят. Тот, кто попал в кольцо, по своей воле отсюда не уходит. Предлагаю тебе обдумать этот простой факт. А пока посмотри кино…
