– Да, Александр Львович, по гаражам вопрос решён. Осталось нотариально подписать ещё пару документов, и можно будет сносить.
– Ну, хорошо. А то… – глаза стреляли во главу стола, – спросит вон в понедельник на совещании, чего и говорить…
– Ну, говорите, что уже можно забор возводить, чтобы строительную технику загонять.
– И то верно, технику пока подвезём. Михалыч, – говорящий вставал, и двигался с рюмкой в руках на другую сторону стола, где уже шла оживленная дискуссия по вопросам отопительного сезона. – Михалыч, давай своим команду, пусть технику на Соколово привозят. Смета там у тебя в папке была, посмотри. Давайте, не откладывайте, прямо в понедельник завозите.
Через полчаса оживление за столом поутихло, – часть бесед переместилась в парилку. И здесь, под покровом пара разговоры продолжались, дела решались и решения находились довольно спокойно и размеренно. Словно сама обстановка, – немного расслабленная от закусок, спиртного, уютного и негромкого освещения, пара и вкусного запаха хвои воздействовала на людей, принимающих решение, – и решения принимались спокойно, взвешенно, словно так всегда и происходило.
Мэр собственноручно поддавал парку, – небольшим деревянным ковшом, он зачерпывал воду из бочки и плескал на разгоряченные камни парилки. Все охали, ёрзали на своих мягких подстилках, обжигаясь горячим паром, кто-то выходил, кто-то заходил в большую вместительную парную снова.
– Вот, вооот, какая баня должна быть… – поддакивал мэр сам себе, – с парком, с горячим парком… чтобы вся грязь, понимаешь, отлипла…
– Лев Евгеньевич, хорош уже… наверное, хватит, – стонал кто-то с верхней полки.
– Евгеньич знает… – протяжно вторил ему голос из-за спины.
– Чугунов не расплавит, не «боись», – шутил мэр и поддавал парку.
Костя впрыгнул в парилку следом за Медведевым. Они вдвоём сели на нижнюю полку, запахнувшись простынками.
– А… вот и журналисты пожаловали… – мэр вытащил размокший берёзовый веник из шайки, улыбаясь и поддерживая простынку, пригрозил только что вошедшим. – Вас бы вот… отходить… веничком как следует… Новостей не могут состряпать как следует… средства, понимаешь, массовой информации… – мэр быстро переходил от темы к теме. – Что смотришь, Волков? У тебя даже фамилия правильная, да? – Он толкнул Медведева под локоть, – скажи Медведев? Все, кто сидел в парилке, засмеялись.
А мэр продолжал.
– Вы у меня должны быть сильные, быстрые… с такими фамилиями… Я вас подбирал, специально, понимаешь… Для охоты. Фамилия очень много говорит о человеке… Да, Репкин? – мэр повернул голову к своему помощнику. – Да, – тут же ответил он сам себе. Вот у меня, – раскрасневшись, продолжал он, – фамилия Чугунов. Что это означает? – улыбался мэр сквозь пар. – Это означает, что меня сломать нельзя… чугун – самый крепкий металл, его не сломаешь, не согнёшь… И никакие там угрозы не помогут… И у вас сильные фамилии, – Медведев, Волков… сильные… только простого сельского священника побоялись… Горячие новости, тоже мне. Да вы знаете, что он, этот ваш батюшка с сельского прихода угрожал прокурором области? Говорит, я вижу все ваши делишки… А какие делишки? Какие, скажи мне, Медведев? – рявкнул он на главного редактора. – Какие? Что в городе чисто… что все дороги отремонтированы? Мне ведь таких денег ни область, ни центр не даёт… Где их брать? Правильно, заработать должен город. Заработать сам должен! Понимаешь, – он обратил своё раскрасневшееся лицо к Косте. – Вот и зарабатываем, как можем. А он начал мне перечислять, мол, казино, игровые клубы, игровые автоматы… Пальцы начал загибать. Я ему загну… – Мэр выпятил нижнюю губу и сжал с хрустом кулак. – Я ему так загну, вспомнит мне…
Он поддал ещё воды на камни и встал, собираясь уходить из парной. Все вздохнули, дверь открылась, и свежий прохладный воздух сильной струей ворвался в помещение, где уже не было видно лиц из-за плотной пелены пара.
– Я ему загну… – продолжал Чугунов, выходя. – Нет, слушай, вот хорошо с прошлым настоятелем было, этот… как его… отец Вадим. Ведь хорошо было, я ему и доски, и стройматериалы подкидывал, и деньжат неплохо тоже… в общем, жертвовал, сколько мог.
Раскрасневшиеся гости медленно усаживались на свои места за столом.
– Помогал, да… Но чтобы отец Вадим мне слово поперёк говорил… такого не было никогда… – медленно растягивая слова, говорил мэр, – да ещё чтобы попрекать меня бизнесом, какими-то намёками… это уже вообще наглость, – он посмотрел ещё раз внимательно на главного редактора «Горячих новостей». – Слышали, господа журналисты? Георгий, ты давай думай… я тебя хочу в администрацию позвать… понимаешь? Нужен мне человек, кто будет руководить газетами в этом городе, понимаешь? Ру-ко-во-дить… а не статейки писать. Готовься… Дела закончишь и давай… пора уже тебя поднимать, уже лет пять в своей редакции киснешь.
– Лев Евгеньевич… – Медведев, казалось, покраснел ещё сильнее, – Лев Евгеньевич, я конечно… вот только надо найти замену себе… так сказать… достойную…
– А это разве не достойная? – мэр держал в руке рюмку и показывал на Волкова.
