Скоро следователи установили, что ограничитель держался всего одной не докрученной до упора гайкой, то есть, имел некоторый свободный ход! Потому при нажиме закрылком слегка вдавился в бак, продавив в нём дыру. Из неё топливо стало вытекать наружу. Причем это началось ещё в воздухе, когда пилоты, как и следовало перед посадкой, выдвинули закрылки. И всё же в полете топливо интенсивно сдувалось и рассеивалось воздушным потоком, потому загореться не сумело. Лишь на стоянке оно потекло вниз без помех, сначала мимо горячего двигателя, где загорелось, а потом, в виде горящей струйки, и на шасси.
Механизм возгорания стал понятен.
Для внесения полной ясности по инциденту оставалось понять, почему же ограничитель освободился от крепления? Ведь именно это позволило ему пробить топливный бак.
К удивлению следователей производитель самолета недавно изменил марку материала, из которого вытачивают ограничитель. Новый материал стал более мягким. Напрашивалось объяснение, будто мягкая резьба не выдержала нагрузку и срезалась! Но оказалось куда сложнее. Резьба держала вполне нормально! И всё бы закончилось благополучно, если бы гайку докрутили до упора в ходе недавнего технического обслуживания самолета.
И всё же производители самолета утверждали, будто даже нарушение резьбы и ослабление гайки не могли привести к пробою бака. И натурный эксперимент это подтвердил. Бак от пробоя надежно защищала специальная шайба. Однако именно её на том самолете не оказалось. Удалось выяснить, что шайбу уронил техник, заменявший старый ограничитель новым, и не заметил этого из-за ограниченности пространства в месте крепления.
Злосчастная шайба не выпала наружу, а так и осталась лежать рядом с ограничителем, но не на положенном ей месте. Её бы заметили, если бы она выкатилась! Её бы обязательно установили заново, но, кто же знал…
Вот вам и шайба! Оказалось, что это она, столь маленькая, легко уничтожила самолет стоимостью двести миллионов долларов!
Вот и ответ! Выходит, виновата шайба? Может ее строго наказать? И тогда такого уже не произойдёт?
Теперь рассмотрим пятый случай. Тоже весьма показательный.
Некий огромный двухмоторный лайнер, представляемый известной фирмой, как новейший и высокотехнологичный, завершал дальний перелёт. Всё было прекрасно. Современная машина всем радовала пилотов. Они перешучивались, предвкушая благополучное завершение утомительного рейса.
За двести км от места приземления случился помпаж левого двигателя. Это срывной и весьма опасный режим работы турбореактивного двигателя, сопровождающийся нарушением газодинамической устойчивости, хлопками в воздухозаборнике из-за противотока газов, резким падением тяги и сильной вибрацией. Действуя по инструкции, летчики для исключения полного разрушения агрегата перевели его на минимальные обороты.
В общем-то, это печально, но не опасно, ибо самолет уверенно долетел бы и на одном двигателе. Но через пару минут помпаж произошел и в правом двигателе. К тому же убрать его обороты до рекомендованных летчикам не удалось. Двигатель продолжал развивать около шестидесяти процентов тяги. Эти обстоятельства сделали бы посадку опасной.
«Теперь бы пролететь оставшиеся восемьдесят километров!» – думали пилоты, передавая диспетчеру сигнал бедствия.
Лайнеру сразу обеспечили полный приоритет в воздухе. На аэродроме для него освободили все полосы. Все службы спасения приготовились к экстренной работе.
Продолжая снижаться из-за отказа двигателей, самолет всё же дотянул до полосы. Этому способствовала и помощь не полностью заглохшего двигателя. Но он стал мешать снижению скорости при посадке. Касание полосы на фактической скорости угрожало разрушением самолета. Но даже в случае удачи он едва ли сможет остановиться до конца полосы без работающей системы противотяги (реверса тяги). Ведь неработающий двигатель не мог развивать ни тягу, ни противотягу.
Благодаря мастерству пилота, касание земли всё же оказалось удачным, но из-за чрезмерной посадочной скорости крыло в какой-то момент коснулось-таки полосы. Обычно после этого уже ничего не удается исправить. Машина начинает вертеться и разрываться на куски. Но в том случае пилот удержал машину от ухода с полосы и, предельно напрягая тормоза всех колес, остановил самолет в конце полосы.
Казалось бы, всё закончилось благополучно, но тормоза, преобразовав всю кинетическую энергию трёхсоттонной махины в значительное тепло, загорелись вместе с шинами. Пилоты организовали эвакуацию пассажиров. На счастье, все остались живы, а самолет успели потушить спасательные службы.
