– Несколько дней без сна и еды. Постоянный страх разоблачения и обкусанные до крови ногти на руках. В одну из ночей мы отвезли тело мужа в лес и закопали там, под нашим с ним деревом. Потом мама с помощью своих связей устроила так, чтобы имя Ната оказалось в списках паромщика, а затем какой-то её приятель, живущий на материке, прислал нам эту открытку, в которой супруг якобы знаться с нами не желает и уходит к другой женщине. Между каждым пунктом плана мы выжидали по несколько недель или даже месяцев. Я стабильно жаловалась клиентам на сбежавшего с любовницей мужа, и постепенно всё более-менее улеглось. Финансовые дела мои, конечно, были плохи. Муж не был признан мёртвым, поэтому страховка нам не светила, а тем временем дом мой постепенно начали осаждать кредиторы. Мы продали всё мамино имущество и ателье, чтобы закрыть долги. Вскоре она переехала ко мне. На какой-то момент могло бы показаться, что у нас появился шанс всё начать с чистого листа, но потом мама умерла, а затем…появился этот человек.
– Диккенс?
– Он назвался Альфредом Петри, но я уверена, что и это не настоящее его имя. Он учился с моим мужем в старших классах и был во всём ему под стать. Лично я не была с ним знакома, но потом нашла переписку мужа с ним в электронной почте. Оказывается, мой благоверный регулярно писал своему школьному товарищу целые литературные опусы о том, какое грязное бельё прячут от общественности богатые жители острова. Именно он предложил Петри переехать на Сен Линсей и сколотить грязный бизнес, который помог бы им решить все финансовые проблемы. Вот только по приезду Альфред своего друга не обнаружил, стал искать, копать, расспрашивать и, в конце концов, именно я и стала его первой «клиенткой»…
– Что у него на вас было?
– В сущности, ничего. Гипотеза. И он ясно дал мне понять, что озвучит её в комиссариате, если я не стану с ним сотрудничать. Для начала, ему за бесценок достался наш дом – да-да, тот самый дом у реки. Раньше он принадлежал моей семье и на той самой кухне, где теперь по утрам этот хорёк пьёт свой кофе, лежало окровавленное тело моего супруга. Думаю, об этом он не знает. Тех денег, что он заплатил за нашу недвижимость, не хватило бы даже на покупку комнатки на окраине Линсильвы, но, к счастью, долги мужа были погашены до приезда Диккенса, поэтому мне дали кредит, и я смогла приобрести наш магазинчик. Он же и стал нам домом. Впрочем, стоило нам встать на ноги, как Альфред затребовал, чтобы я бесплатно снабжала его продуктами. Такое дело – этот магазин кормит шантажиста. Но, знаете, не так-то и сложно оказалось с этим жить. В конце концов, на моей совести были камни и потяжелее, – на этих словах Надин облегчённо вздохнула и с горькой улыбкой посмотрела на Конни. – Хотите что-нибудь добавить к моей печальной повести, госпожа Ди Гран?
– Давно начался ваш роман с Марком Аткинсом? – спросила Констанция голосом, от которого присутствующим стало не по себе – холодным и оставляющим на языке неприятный металлический привкус. Робо-режим давал о себе знать.
– Да-а…точно, – Надин чуть прикусила губу и поморщилась. – Я всё думала, насколько полной информацией вы владеете, но, видимо, скрыть не получится ничего. Откуда, если не секрет, вы об этом узнали?
– Свидетели рассказали об инциденте, который они сами же и неправильно истолковали, – быстрым взором уловив изменения в выражениях лиц всех присутствующих, Конни поняла, что теперь говорить должна она. Особенно сейчас, когда даже Варга не смог скрыть изумления и заинтересованности. – Несколько псоглавцев вместе с Марком шли по лесной тропе, когда к ним вышла Лили. Она показалась им подавленной и мрачной, а затем она спросила, обращаясь к Марку: «Ты с ней спишь?». Когда же юноша весь побагровел и невнятно попытался отвертеться от разговора, Лили добавила:
«Роуэн мне всё рассказала». И присутствовавшие при этом разговоре псоглавцы сделали вывод, исходя из неполных данных – они, само собой, приписали Марку интрижку с Роуэн. И отчего-то именно в этот момент все внезапно позабыли один существенный факт – Роуэн была не только сплетницей, но и шпионкой, поэтому постоянно следила за всеми, дабы урвать самую сочную и грязную информацию для своего влиятельного покровителя. Только в этот раз, узнав неожиданную правду, она не пошла к Диккенсу. Она рассказала Лили, своей лучшей подруге, о том, что юноша, в которого девушка так страстно была влюблена, устроился подрабатывать в ваш магазин отнюдь не ради того, чтобы быть поближе к ней…
– Думаю, Роуэн и впрямь могла видеть нас однажды или даже слышать наш с Марком разговор, – согласилась Надин спокойно. На этот раз её спокойствие насторожило Варга, и он выразительно продемонстрировал это, сдвинув на переносице свои внушительные тёмные брови.
– Нади-и-ин… – протянул он не осуждающе, но с ощутимой ноткой искреннего непонимания.
