Можно было бы много писать, но очень мало времени. Некоторые факты приходится опускать или страшно сокращать.
Революция 1917 года застала меня в кадетском корпусе, куда я был отдан в 1914 году. Мне, как другим кадетам, пришлось участвовать в боях уличных города Москвы и быть защитником Кремля от большевиков. Когда Кремль заняли большевики, мне с моими несколькими товарищами-кадетами пришлось после нескольких драм отправиться домой. Дома беспокоились за меня и за брата, который был на Кавказе. Благополучно прибывши домой, я застал у себя на хуторе большевиков, которые арестовали моего отца и реквизировали все наше имение, оставивши нам лишь один дом, который был в станице Николаевской. Пришлось переезжать в станицу. Через неделю после моего приезда приехал мой брат с Кавказа. Большевики отпустили отца; но вскоре его расстреляли, потому что Добровольческая армия приближалась к нашей станице. Это было первое тяжелое время для меня. Брат мой хотел как можно скорее перейти в Добровольческую армию, потому что офицеров массами расстреливали. Но мысль брата скоро оправдалась, я с братом перешли на сторону белых после нескольких препятствий. Я с братом поступили в 3-й Кубанский стрелковый полк. Брат командовал ротой (он был в чине капитана), я же поступил ординарцем к полковнику Львову. С этих пор начинается военная служба для меня. Мне пришлось быть участником взятия города Царицына[129], где за мою отважность я получил Георгиевскую медаль. После взятия города Царицына я поступил в Астраханско-Терскую сотню (потому что я астраханский казак). Мой брат тоже перевелся в этот казачий полк и был командиром 2-й роты. Наш полк отправили на Черный Яр, там я был ранен в левую ногу (под Золотозубовским монастырем) и получил Георгиевский крест. Я восхищался своей боевой наградой. Мне было больно, но я гордился тем, что послужил Родине. Но вот большевики начали теснить Добровольческую армию, и как мне не хотелось уходить в незнакомую даль!.. Началось отступление всей армии.
В Ставропольской губернии в селе Жутове я был тяжело ранен в голову, не помню, как было, я очнулся только в лазарете. Меня отправили в тыл. Но мне не хотелось расставаться с братом и просил, чтобы меня вернули в полк, но в этом мне отказали, вскоре я бежал из госпиталя совершенно больной. Наш полк присоединился к генералу Бредову, где после некоторых боев мы пробились в Польшу. В Польше нас интернировали в город Тухоль. Отношение поляков к русским было плохое. Нас гоняли на работы, кормили впроголодь, и когда, бывало, идешь на работу – холодно и голодно, то вспоминаешь свой хутор, свой дом, своего родного отца, заплачешь, грустно становится на душе. Вспоминается казачья пословица: «Терпи, казак, атаманом будешь». Терпишь, терпишь, а домой хочется, хочется рассчитаться с теми злодеями, которые убили отца!.. Одна лишь надежда, что, Бог даст, скоро, может быть, попаду домой. Но вот поляки просят русских поступать к ним на службу, помочь им отогнать большевиков. Все русские с радостью принимают приглашение поляков помочь братьям-полякам и поступают охотно в армию. Я сам также поступил в армию. Сперва отношение поляков было хорошее, когда мы им нужны были, а потом отношение становится еще хуже, чем было в первое появление армии генерала Бредова. Нас интернировали (после войны с большевиками) в город Торы. Там пробыл я почти год. Из лагеря я бежал в город Варшаву. Красный Крест определил меня к англичанам на службу. У англичан я подметал полы, рубил дрова и т. д., исполнял должность рабочего. Но вскоре эта работа мне надоела (мне не платили денег за работу), я поступил на торфяные работы. Узнав, что в Чехии есть русская гимназия, которая содержится братьями-славянами, чехами, я решил во что бы то ни стало попасть в Чехию для продолжения учения. Что мне удалось. Границу я перешел без всяких виз, на границе меня поймали и хотели меня отправить обратно. Но после долгих просьб я попал в гимназию. В гимназию меня приняли, я поступил в 5-й класс.
